» Фэнтези » » Читать онлайн
Страница 53 из 138 Настройки

Дождь закончился, и воздух приятно освежает, но не холодит. Как раз подходящая температура для моего шелкового халата. Я надела его после того, как Монти вышел из ванной и сообщил, что я по-прежнему хожу в одном нижнем белье. Сам он уже успел натянуть рубашку и брюки, а я поспешила в спальню и завернулась в любимый бирюзовый халат.

Город вокруг почти безмолвен. Лишь шелестят листья моего дерева, где-то ухает сова, а в другом месте слышится мелкий топот енота. Судя по часам на кухне, мы проспали до трех утра, поэтому в этой части города почти никто не бодрствует.

Когда молчание затягивается, понимаю, что и сама толком не знаю, зачем позвала Монти сюда. Если не считать того, что в квартире мне становилось слишком жарко. Все тело согрелось, когда я прикоснулась к его волосам. Жест был совершенно невинным: хотела лишь убедиться, что они высохли и дождь снова не вызовет у него недомогание.

А затем его ресницы опустились, и он слегка подался навстречу прикосновению. Между ног вспыхнул такой сильный жар, что захотелось крепче зарыться пальцами в его волосы, может быть, оттянуть голову назад и опустить губы к его рту. И во второй раз за несколько часов я осознала правду.

Меня к нему влечет.

К Монти.

Не только эстетически, но и сексуально. Прежде я никогда не испытывала сексуального желания к конкретному человеку. Возбуждалась. Получала удовольствие. Даже делила его с другими. Но никогда еще желание не было настолько неразрывно связано с одним человеком.

После этого все тело охватило жаром. В голову пришла лишь одна мысль: мне нужен воздух.

Зачем я позвала с собой Монти, понятия не имею. Он мог уйти.

Мог отправиться домой.

Но мы все еще здесь и молча пьем чай под звездным небом.

Наполняю опустевшую чашку, и, когда ставлю чайник обратно между нами, взгляд цепляется за Монти. В темноте раннего утра он почти целиком состоит из теней, но отвернуться трудно. Глаза скользят по изгибу шеи, выступу кадыка, очертаниям губ, сомкнутых вокруг сигариллы. Волосы он уже привел в порядок — то есть взъерошил привычным образом, избавившись от нелепого гнезда кудрей, в которое они превратились, наполовину высохнув за время нашего сна.

Грудь сжимается.

Всегда ли он был настолько чертовски красив?

Не знаю, что сильнее вызывает во мне это новое осознание — потрясение или восторг.

С одной стороны, это ведь хорошо, правда? Если я способна желать Монти — и желание лишь усиливается по мере того, как рядом с ним становится спокойнее и я узнаю его ближе, — значит, можно надеяться, что однажды то же самое возникнет между мной и будущим мужем.

С другой стороны... все плохо. Потому что желаю я Монти, а он ясно дал понять, что не видит меня в таком свете. Ясно дал понять, что не хочет остепеняться и жениться. А мне нужен тот, кто согласится остепениться, причем очень быстро. Если до Лугнасада я не выйду замуж, то рискую навсегда застрять в Кипарисовой Лощине с медоедом Клайдом в качестве супруга. Рискую отказаться от мечты стать иллюстратором. Полагаю, в обоих случаях придется вступить в брак без любви, но лишь один из них позволит мне следовать за своей мечтой. А это важнее всего.

Заставляю себя отбросить тревожные мысли. Желание остается всего лишь желанием, даже если направлено на конкретного человека. Раз я способна испытывать его к Монти, смогу испытать и к кому-нибудь другому. Буду считать это хорошим знаком и наслаждаться всеми странными трепещущими ощущениями в груди и между ног. Они могут стать топливом для моего искусства.

Во имя любви ко Всему Сущему, кажется, теперь я действительно понимаю, каково это — находиться рядом с кем-то, касаться его и чувствовать ответные прикосновения, смотреть на него и испытывать такую сильную боль желания, что хочется утолить ее с тем, кто его вызывает. Впервые я понимаю свое искусство не только разумом, как прежде, но и чувствами.

Что до телесного понимания...

Отрываю взгляд от профиля Монти и тяжело вздыхаю. Начинаю жалеть, что позвала его сюда. Останься я одна, могла бы прямо сейчас утолить этот жар: распахнуть халат, просунуть руку под шортики и довести себя до разрядки, оставив единственными свидетелями луну и звезды.

Всесущее, что творится у меня в голове? Никогда прежде я не думала о сексе так много.

Сжимаю бедра и делаю большой глоток чая. Часть меня жалеет, что в чашке не спиртное, но от него все могло бы стать лишь хуже.

— Ну и... как я сегодня справилась? — спрашиваю, нарушая тишину, чтобы сосредоточиться хоть на чем-то разумном. Говорю тихо, чтобы не было слышно за пределы крыши. — С нашим уроком ухаживаний?

Монти глубоко затягивается сигариллой, затем вынимает ее изо рта. Воздух наполняется цветочным дымом.

— Хорошо. Ты повеселилась, а это и было главной целью урока. Кроме того, не стала чрезмерно стараться ради внимания потенциального ухажера, что соответствовало второму уроку.

— Кажется, третий я провалила, — говорю, поморщившись. — Ты велел проявлять любопытство, а он мне был совсем неинтересен.

— Не в твоем вкусе?

На мгновение задумываюсь.