» Фэнтези » » Читать онлайн
Страница 8 из 21 Настройки

Шатунов вёл себя с нами на удивление приветливо и вежливо, несмотря на всё, что между нами было. Ведь именно из-за меня он попал в пристанище для душевно больных. Ему повезло, что именно потом я узнал о его причастности к смерти отца моего предшественника...

На этот раз так просто он не отделается.

– Аркадий Николаевич! – Шатунов повернулся к Аркадию и сжал ему локоть. – Сестрица ваша так скучает. Непременно будет рада видеть брата.

– Где она сейчас? – спросил Аркадий, и в голосе его прозвучала такая претензия, что двое охранников у лестницы обернулись.

– Как где? – весело отозвался Шатунов. – Готовится к свадьбе, разумеется! Столько приготовлений к обряду, вы не представляете. Юлия выбрала самый сложный ритуал из всех. Я-то думал, в наше время все предпочитают обряд попроще, а она решила вспомнить старые традиции.

– Какие именно? – спросил я.

– О, о многих тонкостях я сам впервые услышал! – Шатунов даже руками всплеснул. – Свечи из воска с родовой пасеки, клятва на камне предков… Думаю, вам понравится, барон. Это будет настоящее зрелище.

– Я хочу видеть сестру, – повторил Аркадий. – Сейчас.

– Сейчас не выйдет, – Шатунов покачал головой с искренним сожалением. – Тогда весь сюрприз будет испорчен. Невесту до обряда не показывают, Аркадий Николаевич, вы ведь знаете.

Аркадий шагнул к нему, и я положил руку ему на плечо.

– Не стоит, – сказал я. – Испортим сюрприз, сестра ваша расстроится. Мы ведь уже здесь.

Под моей ладонью плечо Аркадия закаменело, потом медленно опустилось.

– В самом деле, – выговорил он. – Мы уже здесь.

Шатунов повернулся к Ярине и склонился над её рукой.

– Елизавета Павловна, – сказал он. – Рад наконец познакомиться.

Руку её он поцеловал и задержал пальцы Ярины в своих чуть дольше, чем требовала вежливость.

– А где же ваша знаменитая сирень? Говорят, вся столица о ней наслышана.

Ярина улыбнулась ему Лизиной улыбкой и коснулась волос свободной рукой. В причёске у неё прямо на глазах у Шатунова набухли почки, и через миг среди прядей качнулась живая лиловая гроздь.

– Берегу для особых случаев, Игорь Станиславович, – сказала она.

Шатунов наконец отпустил её руку и выпрямился. Улыбка у него осталась на месте, только глаза сделались внимательными.

– Прелестно, – сказал он. – Просто прелестно.

Потом он повернулся ко мне и понизил голос, доверительно, по-приятельски.

– Слыхал я, барон, у вас в лесу казённые люди плутают. По трое суток под одной сосной ночуют.

– Лес у меня старый, Игорь Станиславович. Чужих не любит.

– Не боитесь, что и вы однажды в нём заблудитесь?

– Свой лес не путает, – ответил я. – Он бережёт.

– Бережёт, – повторил Шатунов и улыбнулся ещё шире. – Ну, здесь, у нас, вам беречься не от кого. Прошу в дом, господа. Вам приготовлены покои.

Слуги провели нас на второй этаж, длинным коридором с портретами в тяжёлых рамах. Покои оказались одни на троих: гостиная с камином и две спальни по бокам.

Аркадий дождался, пока за слугами закроется дверь, и обвёл гостиную тяжёлым взглядом.

– Нас поселили вместе, – сказал он вполголоса. – Всех троих. Он хочет держать нас на виду?

– Верно мыслите, – кивнул я.

Ярина прошлась по гостиной, ведя пальцами по стенам и по карнизу над портьерой. У карниза она задержалась, поднялась на цыпочки и показала мне глазами наверх.

В резьбе карниза среди деревянных листьев сидело деревянное ухо величиной с напёрсток, вырезанное так искусно, что от листа его было не отличить.

Трость Гладышева в столице слышала всего на пять шагов. Это ухо, судя по размеру, слышало всю гостиную.

Я кивнул Ярине, и она отошла к окну и встала там, глядя во двор, где охранники в чужих шинелях сменяли друг друга у ворот.

Разделять нас по разным комнатам Шатунов явно не хотел. Иначе Аркадия поселили бы в его прежней комнате, где тот прожил двадцать лет и знал каждую половицу.

Аркадий постоял посреди гостиной, а потом заговорил громко, почти рыча, и пошёл вдоль стены, трогая резные панели между делом.

– Надо пробраться к Юлии, барон. И выкрасть её отсюда, пока не поздно.

– Тише, Аркадий Николаевич.

– Не буду я тише! Предлагаю ночью, когда все уснут. Мы уже убедились, что он не хочет даже показать её нам. Значит, ей здесь плохо!

Ярина у окна обернулась и с интересом смотрела, как пальцы Аркадия скользят по завиткам на панелях.

– Подождите, – сказал я тоже громко. – А если мы ошибаемся? Если она и правда согласна?

– Не может она быть согласна, барон! Мы это уже обсуждали. Мы приехали сюда с единственной целью, вызволить мою сестру. Вы обещали помочь!

– Обещал, – ответил я, глядя, как его пальцы остановились на одном из завитков. – Только ночью, Аркадий Николаевич. Не раньше.

Под пальцами у Аркадия что-то тихо щёлкнуло, и резная панель на ладонь ушла в стену. Я тем временем нврочито громко снял верхнюю одежду.