Я сижу в библиотеке сейчас, борясь с особенно нудным отчетом по безопасности о графике работы персонала в одном из клубов Себа, когда мой телефон жужжит от сообщения от самого Себа.
Кабинет. Сейчас. Нам нужно поговорить.
Краткость заставляет мой желудок сжаться. Себ использует этот тон только когда что-то случилось — либо невероятно хорошее, либо невероятно плохое.
Я сохраняю работу и направляюсь вниз по коридору в его кабинет, один раз стуча, прежде чем войти. Себ за своим столом, и перед ним открыт ноутбук, показывающий то, что выглядит как записи с камер наблюдения.
— Закрой дверь, — говорит он без предисловий.
Я делаю это, затем сажусь в кресло напротив него.
— Что случилось?
— Мы нашли его. — Себ поворачивает ноутбук так, чтобы я мог лучше видеть экран. — Алекса. Полное имя Алекс Гарретт. Двадцать восемь лет, работает в финансах, живет в Шордиче. Моя команда отслеживала его последние две недели.
И вот так температура в комнате падает. Моя челюсть сжимается, я чувствую, как кожа вдоль челюсти натягивается от этого открытия.
Имя бьет меня, как физический удар. Алекс Гарретт. Человек, который подсыпал наркотики Бет, изнасиловал, выбросил у ее квартиры, как мусор. Человек, которого я хотел выследить с того момента, как она рассказала нам, что случилось.
— Покажи... Мне... Все, — говорю я, мой голос выходит грубее, чем я намеревался.
Себ открывает несколько файлов. Там фотографии — Алекс выходит из своей квартиры, Алекс на работе, Алекс в том, что выглядит как тот же клуб, где он встретил Бет. Документы — записи о трудоустройстве, кредитная история, профили в соцсетях. Есть даже записи с камер наблюдения с той ночи, показывающие, как он выводит Бет из клуба, явно нетвердо стоящую на ногах.
— У нас есть его адрес, его распорядок, его привычки, — объясняет Себ. — Он регулярно ходит в клубы по выходным. Моя команда следит за ним с тех пор, как мы его идентифицировали.
— Что еще мы о нем знаем?
Выражение лица Себа слегка темнеет. — Это интересная часть. Он работает в финансовой фирме в Сити — легально на поверхности, но мой человек провел некоторые раскопки. Там есть некоторые связи, которые меня беспокоят, но мне нужно изучить их глубже, прежде чем я смогу сказать что-то определенное. — Добавляет он.
То, как он это говорит, предполагает, что здесь есть нечто большее, чем просто случайный насильник, но я не настаиваю. Если Себ думает, что есть что-то, заслуживающее расследования, он скажет мне, когда у него будет полная информация.
— Какой план? — спрашиваю я.
— Вот что мне нужно с тобой обсудить. — Себ откидывается на спинку стула, изучая меня. — Вопрос в том, что мы скажем Бет и когда. Она заслуживает знать, что мы нашли его, заслуживает иметь всю информацию. Но она также решает, что будет дальше. — Добавляет он.
— Ты спрашиваешь, когда лучше преподнести ей это? — Спрашиваю я.
— Да. И будем ли мы давать ей только информацию или... варианты. — Слова Себа затихают.
Невысказанное значение ясно. Варианты, которые могут включать нас с Себом, разбирающихся с Алексом навсегда, гарантирующих, что он НИКОГДА больше никому не причинит вреда.
— Бет ясно дала понять, что не любит секреты, — медленно говорю я, думая о ее реакции на то, что она узнала об Изабелле. — Она ценит честность, даже если она сложная. Я думаю, мы скажем ей сейчас. Дадим ей всю информацию, позволим переварить и посмотрим, что она захочет сделать. — Добавляю я.
— Даже если она захочет, чтобы мы разобрались? — Голос Себа осторожен.
— Особенно если она этого захочет. — Я встречаю его взгляд. — Но мы позволим этому быть ее выбором. Не нашим. Ее травма, ее решение о том, как на нее реагировать. — Я прочищаю горло; уверен, что принял правильное решение.
Себ медленно кивает.
— Согласен. Можешь попросить ее прийти в кабинет? Я думаю, этот разговор должен состояться в присутствии нас обоих. — Он делает паузу, затем берет телефон.
— На самом деле, Сафи тоже должна быть здесь. Бет понадобится ее поддержка, и, честно говоря, Сафи знает Бет лучше, чем любой из нас — она может помочь понять, как Бет воспримет информацию. — Добавляет он.
Я смотрю, как он печатает сообщение Сафи, его выражение задумчиво. Это умный ход — Сафи сможет оценить реакцию Бет так, как мы можем пропустить, и ее присутствие обеспечит утешение, которое ни я, ни Себ не можем предложить.
— Готово, — говорит Себ, откладывая телефон. — Она идет.
Я достаю телефон и пишу сообщение Бет, стараясь сохранять нейтральный тон, хотя руки слегка дрожат.
Можешь прийти в кабинет Себа? Нам нужно кое-что тебе сказать.
Ответ приходит быстро. Все в порядке?
Да. Просто нужно кое-что обсудить. Это важно.
Буду через пять минут.
Я поднимаю взгляд на Себа. — Она идет.
— Хорошо. — Он закрывает ноутбук, но не убирает его. — Мэттью, как думаешь, как она отреагирует на это?