Он поворачивается и усаживает меня на столешницу. Новое положение мне нравится: теперь я почти одного с ним роста. Его ладони лежат на моих обнажившихся бёдрах — платье задралось до талии, — однако большие пальцы держатся на почтительном расстоянии, он не торопит меня. Медленно выводит ими успокаивающие круги на чувствительной коже и лениво целует, словно у нас впереди вечность.

Мысли о Чейзе снова вторгаются в сознание. Этот поцелуй не похож ни на один из тех, которыми он одаривал меня в последний год брака. Долгие месяцы в каждом его поцелуе чувствовался долг, а не страсть или желание.

Но Рид целует меня так, словно я самый вкусный напиток в жаркий летний день и он никак не может напиться. До этой минуты я не понимала, как сильно скучала по этому чувству — когда тебя хотят, когда тебя желают.

— Я никогда раньше такого не делала, — признаюсь на выдохе.

Он отстраняется, губы изгибаются в улыбке.

— Не занималась сексом?

— Нет. — Щёки вспыхивают, я шутливо хлопаю его по бицепсу. — Я… никогда не спала с незнакомцем. Секс на одну ночь. Или как ты это называешь.

Я и не заметила, что опустила голову, но его палец тут же оказывается под моим подбородком и заставляет снова посмотреть ему в глаза.

— Я тоже.

Сердце кувыркается в груди.

— Серьёзно?

Он наклоняется и целует меня в шею.

— Нет. Но когда я увидел тебя на другом конце бара, сразу понял: если не подойду, буду жалеть до конца жизни.

Я отталкиваю его. Сердце и без того несётся вскачь с того мгновения, как наши губы соприкоснулись, а теперь бьётся ещё сильнее.

— Почему?

Я перегибаю палку. Предполагалось веселье на одну ночь без обязательств, а я засыпаю его вопросами. Но Рид не отмахивается и не спешит перейти к той части, где мы оба голые. Он терпеливо удовлетворяет моё любопытство.

— Потому что ты сидела там, а в глазах было столько одиночества. — Он проводит большим пальцем вдоль моей челюсти. — Мне захотелось сделать так, чтобы ты больше не чувствовала себя одинокой.

Потрясённая его искренностью и глубиной ответа, я всматриваюсь в зелёные глаза.

— Только поэтому?

Картинно поморщившись, он сжимает моё бедро.

— А ещё в этом платье у тебя охренительные сиськи. — Из его груди вырывается низкий, гортанный стон. Он закрывает глаза, вдыхает через нос, затем медленно выдыхает. — Прости. — Снова открывает глаза. — Я обязан быть честным. — От мальчишеской улыбки у меня ухает живот. — А теперь скажи… — Он склоняется и проводит носом по изгибу моего уха. — Что ты подумала, когда увидела меня?

Я сжимаю губы, чувствуя, как лицо опять заливает жаром.

— Скажи, — уговаривает он. — Только честно, Виа. Тебе от меня нужно одно лишь тело?

Я запрокидываю голову и смеюсь.

Он наблюдает, приоткрыв губы, словно загипнотизированный этим движением.

— Первым делом… — Я поднимаю палец и качаю им. — Я подумала, что ты великолепен.

На щеке снова появляется ямочка, которая, я уверена, меня погубит, а глаза за стёклами очков искрятся.

— Я так и знал, что тебе нужно моё тело. А что подумала потом?

— Меня впечатлило, как легко ты привлекаешь внимание. Не знаю, замечаешь ли ты, но я… — Я прикусываю губу, удерживая слова.

Он берёт моё лицо в левую ладонь и проводит большим пальцем по губам.

— Закончишь мысль, ангел мой?

Я делаю дрожащий вдох и запускаю руки под его футболку. Живот гладкий, твёрдый и такой рельефный, что ясно: одним спортзалом тут не обошлось. От прикосновения он вздрагивает и прижимается лбом к моему.

— Не только я не могла отвести от тебя глаз.

Он едва заметно отстраняется и смотрит на меня. В глазах пляшет пламя.

Один удар сердца.

Второй.

— А я видел только тебя. — После этого признания он с силой впивается в мои губы.

Этот поцелуй другой. Голодный, отчаянный, словно Рид выпустил на волю что-то спрятанное внутри.

Я стону, когда он обхватывает моё горло и запрокидывает голову. Второй рукой находит молнию на спине и тянет вниз. Звук расстёгивающейся молнии кажется почти непристойным. Он обещает то, что случится дальше, и одновременно напоминает: сейчас я отдамся мужчине, который мне не муж.

Он нежно целует меня возле уха.

— Всё хорошо?

— Да. — Я отклоняюсь и поднимаю руки.

Приняв приглашение, он стягивает платье с живота, потом с груди и бросает на кафельный пол. На мгновение я задерживаю взгляд на ярком пятне зелёной ткани на серой плитке, охваченная желанием перенести это сочетание на холст. В голове уже кружатся оттенки, которыми можно добиться точно такого зелёного.

В реальность меня возвращает его низкий стон.

Ох. Я сижу перед ним совершенно голая, если не считать стрингов. На миг хочется прикрыться.

Но желание быстро исчезает, стоит как следует взглянуть на Рида.

Он пожирает глазами каждый сантиметр моего тела и тяжело сглатывает.