Тут же сжимаю губы. Не собираюсь больше кусать, сейчас даже подумать о подобном страшно. И кажется, он это замечает. Возвращается взглядом к глазам и чуть поднимает бровь. На лице это движение больше не выглядит насмешкой, скорее вопросом, на который мне очень не советуют отвечать неправильно…

— Ты же сам… — начинаю и запинаюсь на первом же слове, почувствовав движение у горла.

Корвин немного меняет положение большого пальца под подбородком, и замолкаю. На дорожке слышны шаги. Взгляд сам дёргается к проходу. Мне нужно, чтобы кто-нибудь подошёл. Очень нужно...

Корвин замечает, но даже не оборачивается, только смотрит на меня чуть дольше. Будто предлагает самой решить, стоит ли пробовать снова.

— Давай без этого, — говорит. — «Ты сам», «я предупреждала». Я всё слышал. У меня со слухом порядок.

На последней фразе немного наклоняет голову, и движение пугает сильнее, чем рука на горле. Ждала, что он повысит голос, а он разговаривает буднично.

— Слушай меня внимательно, Зефир, — произносит. — Пока я с тобой смеюсь, тебе очень, очень везёт. Не надо так стараться это исправить.

Слышу каждое слово. И всё равно сначала не понимаю, как на такое вообще можно ответить.

Везёт? Он, правда, называет это везением? Я так понимаю, что в его больном воображении это реально выглядит, как удача.

Мне хочется сказать ему, что вообще-то не просила ни его внимания, ни дурацких шуток особенно. Только Корвин Вейлмош замечает, что собираюсь возразить. И немного поднимает бровь, ожидая ответа. Но когда его не следует, произносит:

— Я могу сделать так, что ты сама будешь просить меня снова улыбнуться. И поверь, тебе совершенно не понравится, как мы до этого дойдём.

Произносит, будто просто предупреждает о чём-то, что я по глупости не учла. Оттого страшнее всего становится не на слове «могу». А когда замолкает и ждёт, пока до меня дойдёт остальное.

Смотрю на него. Пальцы на моей шее чуть сдавливаются. Немного, конечно, но тревожнее становится в разы. Дыхание спирает, а грудная клетка начинает ходить ходуном от порывистых вдохов, которые я пытаюсь делать через нос.

И сейчас вообще больше не могу убедить себя, что он опять неудачно шутит…

Глава 17

Зефир

Холодеют сначала пальцы. Те самые, которые до сих пор держит возле стены, не давая опустить руки. Потом становится зябко под футболкой, хотя ещё недавно было очень жарко.

Стараюсь дышать потише. Но вообще не получается. После каждого короткого вдоха хочется сразу сделать следующий, а Корвин всё это видит. Внимательно меня разглядывает, будто ждёт, когда окончательно перестану соображать.

— Вот и умница, — произносит, когда, видимо, видит, что больше не пытаюсь возразить.

Умница?..

Потому что молчу пока его ладонь лежит у меня на горле? Очень хочется это спросить, но взгляд то и дело сам опускается к его руке. Лучше бы отпустил, конечно. Хотя бы шею, я бы тогда смогла нормально повернуть голову и посмотреть, куда делся человек на дорожке, которого я видела совсем недавно.

Шаги ведь были. Совершенно точно слышала их ещё несколько секунд назад. Может, человек просто прошёл мимо и не заметил? Мы стоим возле стены, Корвин большой, вполне мог меня закрыть. Или крик вышел непонятным? Его не могли не услышать. Может, подумали, что на площадке кто-то дурачится…

Вряд ли подумают, что может что-то ужасное произойти на территории академии. Они явно не подозревают, что у них под носом орудует маньяк.

Думаю, надо ещё раз позвать погромче и так, чтобы было понятно, что мне действительно нужна помощь. Прям заорать во всю глотку. Уже даже приоткрываю рот, но Велймош Корвин чуть наклоняет голову. Сразу замечаю это движение и замираю, глядя ему в глаза. На губах опять появляется усмешка небольшая, но мне уже хватает.

— Что? — спрашивает негромко. — Опять что-нибудь придумала?

Качаю головой раньше, чем успеваю решить, стоит ли вообще отвечать.. Корвин опускает глаза к моей шее, разглядывает там что-то. Видимо прикидывает, насколько сильно её сжать, чтоб я задохнулась. Затем поднимает взгляд на лицо. Начинаю дрожать, и никак не могу остановить эту дурацкую дрожь во всем теле.

М-да. Не таким я представляла первый день в академии. Не думала, что нарвусь на местного психопата.

— Тогда стой спокойно, — говорит Корвин. — Или нам придётся найти место потише, — добавляет таким тоном, что у меня новая волна мурашек по телу пробегает.

Мне становится настолько не по себе, что даже руки перестаю тянуть.

В другое место? Серьёзно сейчас? Здесь хотя бы люди бывают. Там, куда он может меня утащить, их может вообще не оказаться... И ведь утащит, если захочет. Ему ничего не стоит, так поступить. Мне кажется, этот парень на всё способен. От площадки до стены уже довёл, даже не спросив, собираюсь ли идти с ним.

Мало ли, что ещё может удумать в своей дурной голове.