Все остальное подождет.

Но, занимая место в травматологическом боксе, я ловлю себя на том, что касаюсь щеки там, где большой палец Коула только что скользил по моей коже. Я позволяю себе улыбнуться всего один раз, прежде чем начинается хаос.

Я стою на тротуаре еще долго после того, как внедорожник Хейли скрывается за углом, глубоко засу ...

Я стою на тротуаре еще долго после того, как внедорожник Хейли скрывается за углом, глубоко засунув руки в карманы. Послеполуденное солнце отбрасывает длинные тени на асфальт, но я этого почти не замечаю. В голове только то, как изменилось выражение ее лица, когда она увидела записку: вспышка страха, которую она попыталась скрыть, напускная небрежность в голосе, когда она настаивала, что это пустяк.

Это не пустяк.

У меня сводит челюсти, когда я прокручиваю этот момент в голове. То, как она сорвала бумажку с лобового стекла, прежде чем я успел ее разглядеть. То, как защитно напряглись ее плечи, когда я надавил на нее с расспросами. И эта оговорка — «жуткие пациенты» — до того, как она осеклась.

Это кто-то из больницы. И то, как она вся вздрогнула, увидев записку, говорит мне, что это явно не благодарность за её очаровательные манеры при общении с пациентами. Ей было не по себе.

Знакомое покалывание начинается у основания черепа, погружая меня в то состояние обострённой настороженности, когда мозг цепляется за каждую деталь, выстраивает связи, ищет ответы, чёрт бы их побрал.

Я заставляю себя отвернуться от места, где её машина скрылась за поворотом, и направляюсь обратно в офис. В кармане вибрирует телефон, скорее всего, Джек интересуется, какого чёрта меня до сих пор нет, но я игнорирую его.

Не ищи. Не расследуй. Не переходи черту.

Голос Трейси эхом отдается в голове вместе с предупреждением Тайлера с нашей первой встречи. Мы убедили себя в наличии веских причин для нашего поведения. Защита. Творческое самовыражение. Академический интерес. Профессиональный долг. Любовь.

Но это и правда была бы защита.

Прямо как в случае с Эммой.

Хейли явно угрожает какая-то опасность, а у меня есть навыки, чтобы ей помочь. Это не преследование — это значит быть нормальным, блядь, человеком.

Достаю телефон, игнорируя эсэмэску от Джека «Взял ее номер?», и открываю приватное окно браузера. Получить ответы было бы так просто. Наверное, я смог бы составить полную картину ситуации меньше чем за час.

Не делай этого, Коул.

Голос в моей голове пугающе похож на голос Тайлера.

Заставляю себя убрать телефон в карман и иду дальше.



Мы с Хейли переписываемся всю вторую половину дня. Практически с той секунды, как она проснулась. Я избегал того, о чем на самом деле хотел поговорить, но больше не могу терпеть. Желание узнать правду сжирает меня заживо. Мне стоило огромных усилий не начать копать самому, но я должен знать, что она в безопасности.

Коул:

Вообще-то, я хотел тебя кое о чем спросить. Насчет вчерашнего.

Три точки появляются, затем исчезают. Появляются снова.

Хейли:

О записке?

Коул:

Да. Знаю, ты сказала, что сама разберешься, но я все думал об этом. У тебя дома есть система безопасности? Ты вообще об этом задумывалась?

Повисает долгая пауза. Я легко могу представить ее по ту сторону экрана: взвешивает, сколько мне рассказать, продолжать ли настаивать на том, что все в порядке, или признаться, что она встревожена.

Хейли:

Честно? Да. Я много об этом думала. У меня в квартире нет системы безопасности. Не думала, что она мне нужна.

Пульс учащается от мысли, что она абсолютно беззащитна.

Коул:

Вообще ничего? Умные замки, сигнализация? В здании есть камеры?

Хейли:

В вестибюле есть камера, направленная на входную дверь. А так — только обычный замок и бейсбольная бита у двери.

Бейсбольная бита. Иисусе.

Я печатаю ответ осторожно, не желая, чтобы это звучало как нотация.

Коул:

Бейсбольная бита — отличное начало для ближнего боя, но не стоит забывать и о профилактике. Камеры тоже могут отпугнуть слишком наглых. Есть вполне доступные варианты, которые легко установить.

Хейли:

Я даже не знаю, с чего начать. Я не особо дружу с техникой.

Коул:

Могу помочь с этим.

Делаю паузу, обдумывая, что сказать дальше. У меня дома гребаная тонна охранного оборудования, но я не могу сказать ей об этом, чтобы не спугнуть. Это то, к чему будущему мне придется подводить ее постепенно. А пока надо вести себя непринужденно.

Коул:

Я могу заскочить к своему парню, который занимается охранными системами, и взять для тебя что-нибудь простенькое. Ничего заумного, обещаю.

Три точки появляются, исчезают, появляются снова. Я задерживаю дыхание. Пожалуйста, позволь мне помочь.