Хейли идёт сама, и только поэтому я не несу её на руках, к чёрту сломанные рёбра. Она бы этого не потерпела. Вместо этого она обнимает меня за талию, кладёт голову мне на плечо и позволяет почти тащить её вверх по склону.

Остин подогнал фургон поближе к тропинке, так что, выбравшись из русла ручья, нам остаётся пройти совсем немного. Сегодня этот фургон кажется оазисом посреди опустевшего мира.

Я открываю боковую дверь. В салоне загорается свет, а вместе с ним над рабочим местом вспыхивает розовая неоновая вывеска «Анонимные сталкеры».

Я осторожно усаживаю Хейли на скамью и только тогда замечаю, что лежит на полу фургона. Небольшой холодильник. Два сложенных пледа. Пакет из супермаркета, в котором шоколадные кексы, упаковка вяленой говядины, две бутылки воды и один банан.

— Остин. — Я смотрю в переднюю часть фургона. — Это ещё что?

— Перекус. — Остин снова яростно стучит по клавишам, даже не поднимая головы. Водительское сиденье полностью откинуто, клавиатура лежит у него на коленях. — Перекус после всего пережитого. У нас он всегда есть.

— У вас всегда есть перекус после всего пережитого, — повторяю я, потому что мне необходимо произнести это вслух.

— Знаешь ли, очень важно позаботиться о себе после такого. — Он лишь пожимает плечами.

— Вообще-то он прав, — язвительно замечает Хейли рядом со мной, и я тут же поворачиваюсь к ней.

— Да будет тебе известно…

Остин меня перебивает:

— Коул, пожалуйста, либо залезай в фургон, либо вылезай. Ты впускаешь холодный воздух.

Хейли уже сидит на скамье и снимает бумажную обёртку с кекса.

— Хейли. Ты вся в крови и только что…

— Коул. Я врач с тремя сломанными рёбрами и низким уровнем сахара в крови. Я только что видела, как у человека проломился череп, а потом пыталась сделать ему сердечно-лёгочную реанимацию. Я съем этот кекс.

— Побудь с Остином. Я скоро вернусь. — Я закрываю боковую дверь фургона, оставляя её с перекусом на случай пережитого потрясения.

Это ведь очень важно, знаете ли.

Джессика ждёт меня на тропинке, ведущей обратно к мосту. Она уже переоделась. Когда и где, понятия не имею. К пешеходному мосту она пришла в джинсах и фланелевой рубашке, а теперь на ней всё чёрное. Рядом на земле стоит рюкзак, в руке она держит пару латексных перчаток.

Когда я подхожу, она протягивает мне перчатки.

— Приступим.

С того момента, как я надеваю перчатки, до того, как тело Ларса Уинтерса оказывается завёрнутым в брезент, проходит девять минут.

За эти девять минут Зак успевает задокументировать, сфотографировать и упаковать все разрозненные улики в радиусе трёх метров от места падения Ларса. Джессика достаёт из рюкзака контрольный список. Настоящий бумажный список на планшете с зажимом. Она сверяется с ним вместе с остальными и ставит галочки напротив выполненных пунктов.

— Телефон.

— Есть. — Зак поднимает телефон Ларса в запечатанном пластиковом пакете. — Выключен. Аккумулятор вынут.

— Бумажник.

— Есть.

— Что-нибудь незнакомое в карманах?

— Зажигалка, полпачки сигарет, четырнадцать долларов наличными, сложенная салфетка с номером телефона.

— Салфетку упакуй отдельно. Завтра Остин проверит номер. — Она делает пометку в списке.

За последние десять минут я успел понять две вещи: задача Джессики — следить за порядком и за тем, чтобы все занимались своим делом, а Тайлер отвечает за вывоз и зачистку. Последнее стало ясно, когда он исчез, а через пять минут вернулся на втором потрёпанном фургоне пивоварни. Внутри полно чистящих средств, лопат, фонарей, бензина и даже есть собственная неоновая вывеска «Анонимные сталкеры».

Только эта синяя.

Тело грузят в заднюю часть фургона. Зак передвигает вещи, освобождая место. Мы с Грантом помогаем Тайлеру поднять труп. Мёртвый Говнюк не сопротивляется и легко заезжает внутрь.

Тайлер закрывает задние двери и поворачивается ко мне.

— Отвези Остина и Хейли домой на фургоне с оборудованием. Дальше я сам. Утром его найдут. Сбит насмерть на подъездной дороге за Грили. Полицейские пробьют его номер, обнаружат убежище и что-то вроде наполовину собранной сумки, будто он собирался сбежать из города. Ничто не наведёт их ни на кого из нас.

Тайлер забирается на водительское сиденье и берётся за дверь. Но прежде чем захлопнуть её, высовывается наружу и смотрит мне прямо в глаза.

— Расскажешь кому-нибудь об этом, и нам действительно придётся задуматься о переименовании в «Анонимных убийц».

— Понял. — Я неловко улыбаюсь. — Буду молчать как рыба.

— Вот и славно. — Он улыбается и хлопает ладонями по рулю. — Тогда увидимся на следующем собрании у Трейси.

Я не успеваю ничего ответить, потому что он захлопывает дверь, заводит двигатель и трогается. Я уже собираюсь вернуться к Хейли в фургон с оборудованием, когда Тайлер резко тормозит и сдаёт назад. Он вручную опускает стекло водительской двери.

— Что такое? — спрашиваю я.