Поговаривали, что у неё есть колдунья, которая позаботилась о том, чтобы у неё навечно осталась память обо всех поверженных врагах.

По-настоящему жутко.

И это говорило само за себя — насколько сильно она наслаждалась своей жестокостью.

Дифлин отвёл от них взгляд, не желая лишний раз думать о том, что легко могло стать и его судьбой.

Когда они достигли центра сада, Мира остановилась и окинула его тело не слишком впечатлённым взглядом, скривившись.

— Принеси мне этот контракт. Он должен оказаться у меня.

— А что насчёт вашего убийцы?

— Убей их обоих. Гарина и Гизелу. Принеси мне их головы вместе с контрактом — и будешь щедро вознаграждён.

~ ~ ~

Гизела дождалась, пока Заудин окончательно уснёт, и только после этого осторожно высвободилась из его объятий. Ей ненавистно было оставлять его и больше всего на свете хотелось бы провести рядом с ним всю оставшуюся жизнь.

Обнажёнными в постели. Только вдвоём.

Если бы только они могли.

Как же ужасно, что мир не оставляет людей в покое. Неудивительно, что любовь встречается так редко. Сначала нужно найти того, с кем хочешь быть, а потом завоевать его сердце.

Это уже было достаточно сложно.

А потом в дело вступал мир, который постоянно пытался разрушить связь между вами.

Враги. Друзья. Те, кто завидовал тому, что вы нашли то, о чём они могли лишь мечтать. Или те, кому просто нравилось создавать проблемы.

Мир не должен был быть таким, но он был именно таким.

Вздохнув, она молча оделась, наблюдая за размеренным вздыманием и опусканием его груди. То, что рядом с ней он спал так крепко, говорило ей о том, насколько сильно он действительно заботился о ней.

Ему не нужно было ей об этом говорить.

Никто не спит так спокойно рядом с человеком, которого едва знает. С человеком, которому не доверяет.

Она бы никогда так не смогла. И всё же она доверяла ему. Он доверял ей.

«Я никогда тебя не предам».

Это было обещание, которое она молилась исполнить.

И с этой мыслью она спустилась вниз, чтобы узнать, не осталось ли кого-нибудь из остальных. К её удивлению, постоялый двор оказался пуст, за исключением гарнизона солдат. Роб сидел посреди комнаты с подносом еды. Как только он увидел её, на его губах появилась улыбка.

Он жестом пригласил её присоединиться.

Обычно она бы отказалась, но, поскольку ей всё равно нечем было заняться, согласилась, изо всех сил стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды его людей.

— Где все? — спросила она.

— Поскольку они тролли, я освободил их от обычных посетителей. Им незачем было находиться здесь, пока мой кузен восстанавливается.

Она не подумала об этом.

— Ты голодна?

— Умираю с голоду.

Он протянул ей небольшую тарелку.

— Пожалуйста… у меня еды достаточно, чтобы поделиться.

Благодарная за его гостеприимство, она положила себе еды, оглядывая почти пустую комнату.

— Где Масакагэ, Ронан и Кандара?

— Не видел их. Они ушли каждый по своим делам несколько часов назад.

Интересно.

Не зная, что ещё сказать Робу, она быстро поела, затем извинилась и вернулась к Заудину.

Честно говоря, она боялась надолго оставлять его одного.

Поскольку они не знали, куда отправился самозванец, он мог вернуться и довести дело до конца.

Она всё ещё не могла поверить, что ему удалось сделать то, что он сделал.

«Никому не доверяй».

Даже самые бдительные могли стать жертвами.

Она только успела сесть на кровать, как кто-то постучал.

— Войдите.

Ронан толкнул дверь плечом.

Но вместо того чтобы войти, остановился в дверях.

— Как он?

— Отдыхает.

— Хорошо.

Ронан замялся.

— Можно войти?

— Конечно.

И всё же он не сделал ничего, кроме как прошёл на пару шагов внутрь и закрыл дверь.

В комнате повисло напряжённое молчание, пока она ждала, когда он заговорит.

— Тебя что-то беспокоит? — подсказала она.

— Да… Я пытаюсь понять, как ты можешь быть оборотнем, если Кратус — твой отец. Мы не появляемся на свет с такими способностями просто так.

Он был прав.

Обычно для рождения ребёнка с такими способностями требовались два родителя-оборотня.

Даже гибрид, у которого был только один родитель-оборотень, лишь в редких случаях мог превращаться. А в её случае…

— Отец моей матери был оборотнем.

Выражение удивления на его лице было довольно забавным.

— Прошу прощения?

— Моя мать не единственная, кто выходит за рамки супружеской связи. Похоже, у её матери тоже был весьма ненасытный аппетит.

— Я пытаюсь во всём этом разобраться.

Она не могла винить его за то, что ему было сложно это понять.

Это действительно было непросто.

— Кто был её отцом?