— Иди, собери свои вещи. Скажи мне, какая лошадь твоя, и я оседлаю её, пока мы тебя ждём.

С этим есть одна проблема.

— У меня нет лошади.

Он поднял бровь.

— Пешком или с помощью магии?

Она поняла, о чём он спрашивает — как она сюда попала. На этот вопрос она точно не могла ответить. По крайней мере, не честно, потому что ей было стыдно. И это было то, о чём она никогда никому не рассказывала.

Поэтому она ответила так близко к правде, как только могла.

— Пешком.

— Я найду тебе лошадь. Иди забери свои вещи.

Не уверенная, сделает ли он это или это уловка, она вернулась в их общую комнату и быстро собрала свой дорожный рюкзак. Ей нужно было поторопиться, пока они не ушли.

Если он действительно намеревался отвести её к апбасверу, то она не могла упустить этот шанс.

Хотя она знала, что это будет битва за победу, она была полна решимости выйти победительницей. Никто не смог бы помешать ей выполнить задание.

Потому что, если бы она вернулась домой без апбасвера, Мира прикажет её убить.

Для неё это не просто миссия.

На кону её жизнь.

Глава 3

— Это какой-то подвох?

Заудин моргнул в ответ на вопрос Масакагэ, закончив седлать лошадь.

— Нет.

— Ты правда собираешься взять её с собой?

— Я же сказал.

— Почему?

Честно говоря, он не знал. Не в его характере было заботиться о ком-либо или о чём-либо. Его душа чернее сердца, и ему это искренне нравилось, и он не желал ничего менять.

Никаких обязательств. Только он и его жажда мести. Ему никогда не хотелось ни компании, ни даже разговоров.

Всё, чего он хотел, — это обезглавить чудовище ради Дэша и вернуться к своему одинокому образу жизни.

Но единственное, что он знал о таких созданиях, как Гизела, — она не остановится, пока у неё есть миссия.

«Потому что мы очень похожи».

Только вот он не был так увлечён своим делом. Он просто делал то, что делал, и на этом всё.

У неё всё ещё оставались чувства и убеждения, что делало её опасной и непредсказуемой. И последнее, что ему было нужно, — чтобы такая особа ходила за ним по пятам, срывая его миссию, когда пыталась замедлить или остановить его.

Поэтому он ухмыльнулся брату.

— Лучше держать врага рядом, на виду, чем рисковать, что он подкрадётся ко мне сзади, когда я меньше всего этого ожидаю.

Масакагэ поморщился.

— Понял.

— Ты всё ещё идёшь с нами?

— Ни за что на свете не пропустил бы это. — Он взлетел в седло. Его длинные чёрные волосы ниспадали до пояса, а мантия идеально обволакивала одежду.

Заудин закатил глаза.

— Может, мне начать называть тебя принцессой?

— Только если ты будешь делать это с любовью.

Подавив смех, Заудин пошёл расплачиваться за лошадь. Хотелось бы надеяться, что Гизела отнесётся к нему с большей благодарностью, чем его брат.

— Чем я могу вам помочь?

Хозяин конюшни резко остановился, увидев Заудина. Его зеленоватая кожа заметно побледнела.

— Ваше Высочество. — Он отвесил подобающий поклон.

— Пожалуйста, не надо. — Эти формальности раздражали его. — Я не принц.

Конюх нервно огляделся, а затем прошептал:

— Вы всегда будете нашим принцем.

Он ценил преданность. Но такие слова были опасны. Его дядя отрубил бы им обоим головы, если бы когда-нибудь узнал об этом разговоре. Не то чтобы Заудина волновал собственный исход. Он был бы рад хорошей драке.

Нет.

Он хотел этой драки.

Ничто не доставило бы ему большего удовольствия, чем почувствовать кровь своего дяди на своих руках. Единственное, что спасало жизнь этому чудовищу, — это то, что Заудин не хотел короны.

Какая ирония.

Его дядя убил его отца за то, что Заудин отдал бы ему, если бы тот просто попросил.

Власть никогда не привлекала его.

Ни в коем случае.

На самом деле его последний разговор с отцом касался именно этого.

«Ты станешь королём. Это твоя судьба».

Возможно, он бы согласился, если бы отец не отправил его в заложники. Двор Миры навсегда отбил у него всякое желание обладать властью и принадлежать к королевской семье.

Сейчас…

Его отец мёртв, и формально он скрывался от правосудия. Очень публичный, но, тем не менее, беглец.

Именно поэтому он решил остаться в Васкалии.

Он всегда был для своего дяди занозой в заднице.

В нём закипал гнев, но он подавил его и сосредоточился на том, что нужно сделать.

— Я здесь, чтобы купить твою лучшую лошадь и седло.

Глаза конюха расширились.

— Конечно, господин… мой господин.

Он поспешно убежал.

Заудин выглянул наружу, где его ждал Масакагэ.

Гизела всё ещё не вернулась.

«Почему я её ищу?»

Если бы он не знал себя лучше, он бы подумал, что ему не всё равно.

Но это было бы нелепо.

Единственное, что имело для него значение, — это отомстить за отца.