— В этот раз всё пройдёт хорошо. Я буду работать из дома, пока не родится малышка. Если что-то случится, я буду рядом. — Разумеется, я имею в виду не это. Меня пугают вещи куда более страшные, чем роды. Но, по крайней мере, это не полная ложь.

Тепло его тела стучится в двери моей ледяной стены. Я не могу впустить его. Только не снова. Ради них. СРАЖАЙСЯ. Уткнувшись лицом в его рубашку на пуговицах, я впитываю его, запоминая ту последнюю крупицу утешения, которую когда-либо позволю себе в этом месте. Носить его футболки — совсем не то же самое, что его объятия — ещё одна слабость, от которой мне придётся избавиться. Разделение; вот что мне сейчас нужно. Хватит плыть по течению.

— А если эта маленькая девочка окажется такой же упрямой, как её мать, она задержится там намного дольше положенного срока, потому что не захочет покидать маму, пока это не станет абсолютно необходимо, — добавляет он. Я надеюсь на это. Санни родился раньше срока, и это было травмирующе; я не хочу пережить подобное снова.

А ещё есть Адам.

Ожидание фэя превратилось в какую-то затянувшуюся шутку. Я уже на восьмом месяце беременности, и сама мысль о путешествии кажется кошмарной. И всё же это не идёт ни в какое сравнение с перспективой застрять здесь, в Хало, с двумя детьми, чьи тела будут использовать; чьи выбор и свобода не имеют для Пустых никакого значения. Моя боль никогда не будет важнее их безопасности. Санни и Феникс на первом месте. Слово «скоро» не может наступить достаточно быстро. Прошёл уже месяц, а от этого агента под прикрытием нет никаких вестей, что заставляет меня сомневаться в реальности того, что я видела.

Отлично. Я снова начинаю сомневаться в себе. Разберусь с этим позже. Позже. Всё по порядку. Перво-наперво мне нужно отдалиться от Мелека.

***

Несколько дней спустя, словно я призвала его своим отчаянием, объявляется Адам под предлогом доставки документов на подпись Мелеку. Меня чуть ли не распирает от нетерпения: я жажду рассказать ему о странном документе, который нашла на компьютере Мелека — о новости, смысл которой мне совершенно не ясен.

— Я кое-что нашла, — тихо восклицаю я, спровадив новую горничную, чтобы самой провести Адама в кабинет Мелека.

Гибкий зелёный мужчина провожает меня в официальную гостиную рядом с прихожей, скептически окидывая взглядом окрестности. Но не находит ничего, кроме холодной, тёмной мебели. Эта комната используется только тогда, когда у Мелека гости.

— И что же ты нашла? — Его голос звучит бархатно, плавно растекаясь в воздухе.

Ореховые глаза с золотыми крапинками впиваются в мои, почти гипнотизируя. Зная, что он не найдёт в них ответа, я произношу:

— Операция «Новый Хало», с датой этого года и выделенным словом «яд-ерные».

Услышав это странное слово, Адам оскаливается, обнажая зубы. Я до сих пор не уверена, правильно ли я произнесла вторую часть слова, но на фэя передо мной это производит сильное впечатление; его тело замирает в жутковатой тишине.

— Ты уверена, что там было написано именно это?

— Я нашла это на компьютере Мелека. Я уверена. — Я утрированно киваю, подтверждая свои слова.

Выругавшись, он с силой бьёт рукой по стене у меня за спиной.

— Что ж, похоже, мы договорились, человек. Будь готова уйти на следующей неделе.

И всё? Адам поворачивается, собираясь уходить. Я тянусь к нему, хватаясь за всё, до чего могу дотянуться, и останавливаю его.

— В какой день на следующей неделе? — Неизвестность сводит меня с ума. Мне нужны ответы.

Повернувшись ко мне с раздражением и дёргающейся бровью, он отвечает:

— Я не могу назвать тебе ни дня, ни времени, женщина. Это произойдёт тогда, когда будет удобно мне, и когда риск будет минимальным.

— Хорошо. — Его взгляд скользит вниз, к моей руке, вцепившейся в его рубашку, а затем снова возвращается к лицу; глубокие нефритовые губы кривятся в недовольстве. — Ой, извини, — говорю я, отпуская его. Фэй быстрым шагом выходит из комнаты и поднимается по лестнице, не удостоив меня даже взглядом.

Это было совсем не то, чего я ожидала.

На следующей неделе?

Сегодня уже пятница.

«На следующей неделе» может означать и понедельник.

Я не готова. И всё же я должна быть готова. В конце концов, это мой единственный реальный шанс на спасение за всё это время.

Расхаживая по гостиной, я мучаю себя до полусмерти мыслями обо всём, что мне нужно собрать для Санни. Ему понадобится его плюшевый мишка, пара сменной одежды, зубная щётка и паста. Всё это должно поместиться в рюкзак. И его альбом для рисования с карандашами. Не говоря уже о перекусе и приличном запасе воды.

Я опускаюсь в душное парадное кресло с высокой спинкой напротив большого эркера; ночь безмятежна и равнодушна к моим внутренним терзаниям.

Вздохнув, я сижу и смотрю в пустоту. Вот и всё. Мы действительно всё это бросаем.

— Правильно ли я поступаю, Никс?

Как бы мне хотелось, чтобы он ответил. Любой знак был бы кстати. Но вместо этого меня встречает лишь тишина.

ГЛАВА 18

БЛАГИМИ НАМЕРЕНИЯМИ ВЫМОЩЕНА ДОРОГА… В ТЕОРИИ