Судя по лицам присутствующих, лишь сами единорожки были согласны со мной полностью. Немного настораживало злорадное предвкушение в глазах Аделии, которая выползла из своего угла, да и детишки выглядели слегка напряженными. Однако, грози мне реальная опасность, разве Дитрих бы что-то не предпринял?

Поэтому я с чистой совестью ждала, пока малыши приблизятся ко мне, вдоволь обнюхают и, разумеется, подставят под руку свои маленькие головки. Красавчики! Шерстка мягонькая, грива шелковистая, еще и такие ласковые — руку облизали. Надеюсь, меня не пытались помыть перед тем, как съесть.

Я выдохнула, когда поняла, что все трое малышей внутри такие же хорошенькие и дружелюбные, как и снаружи. Дитрих решил надо мной подшутить? Ага, точно. Вон стоит, давится смехом.

— Вот, тетя Аделия, а вы боялись. Смотрите, как надо! — заявил Алекс, впрочем, его голосу недоставало искренности, да и больно странные взгляды он бросал на меня.

Аделия выдавила улыбку и сказала:

— А вы вообще рассказали вашей мамочке, что из себя представляют единороги?

— Конечно, — хором соврали детишки. — Мы как раз хотели ее познакомить с ними! Но так как вы гостья, то уступили вам эту честь. Поэтому позвольте пожелать вам доброго утра, а нам пора!

Меня, как и единорогов, детишки буквально выпихали из спальни Аделии.

— Ждем вас на завтрак, тетя Аделия! — крикнула Эва.

И перед тем, как дверь чужой спальни захлопнулась, я услышала саркастическое:

— Они тут все… ненормальные.

Мы с детьми и боевыми единорогами чинно прошествовали на первый этаж, пока я не выдержала и спросила:

— О чем вы должны были мне рассказать? Что не так с единорожками?

Дитрих остановился и вздохнул:

— Будет лучше, если кто-то из детей попросит своего единорога продемонстрировать.

Я тут же требовательно уставилась на Алекса — как показала практика, он больше всех слушался дядю, а потому точно мне не откажет. И не ошиблась. Мальчишка тихо попросил своего единорога:

— Блю, улыбнись, пожалуйста.

И Блю… улыбнулся.

Знаете, я категорически против всяких нецензурных слов, мата, да и вообще при детях ругаться — едва ли не смертный грех, но от того, чтобы произнести имя Блю, исправив единственную гласную на последнюю букву алфавита, меня удержал лишь шок. Улыбка обнажила частокол заостренных зубов и моментально превратила плюшевого на вид единорога в весьма опасного зубастика.

Так, спокойно. Даже если единорожка выглядит зубастиком, он все еще остается милым и добрым созданием. Я вспомнила, как мне приятно было гладить этого малыша, а потому честно сказала:

— Ты… мне все равно нравишься, Блю. Да и вообще, внешний вид — не главное.

О, глаза Блю, казалось, стали еще больше, а сам он не преминул лизнуть мою руку.

— Верно! — воскликнул Алекс. — Главное, что Блю сможет меня защитить. У него от дяди разрешение откусить голову любому, кто попытается мне навредить.

— А-а-алекс, — простонал Дитрих, прикрывая ладонью лицо.

— А он сможет? — спросила я.

— Конечно, — кивнул Алекс. — Целиком, пока не подрастет, навряд ли, но он понемногу. Да и удар копытом у него такой сильный, что способен пробить этот пол на раз! Ну, ладно, за пару раз, вот. Поэтому человек его удар может и не пережить. А еще он замораживать умеет. И магия на него не действует, единорог же.

Я сглотнула. Посмотрела на единорожков. Единорожки посмотрели на меня. Я улыбнулась и решила, что раз уж я детей обижать не буду, то мне ничего не грозит. И способности эти милых созданий — всего лишь незначительные нюансы, а потому держать их в памяти не стоит. Меньше помнишь — проще улыбаться.

— Отведите боевых единорогов в конюшню, после используйте очистительное заклинание. И возвращайтесь за стол. Думаю, к тому времени как раз ваша тетя Аделия отойдет от шока и спустится вниз, — скомандовал Дитрих.

Однако Аделия не спустилась ни тогда, когда вернулись дети, ни когда подали блюда. Дитрих подозвал одного из слуг, приказав проверить, не случилось ли что. И буквально через пятнадцать минут расторопный мужчина вернулся и доложил, что Аделия пропала: ее не было ни в спальне, ни в коридоре, ни в других местах, куда она могла бы пройтись.

Глава 18

За два часа мы так и не смогли найти Аделию, хотя все поместье стояло на ушах, а каждая комната обыскивалась с максимальным вниманием: слуги не просто открывали все двери шкафов, залезали под все кровати, но еще и проверяли по нескольку раз разными амулетами. Без толку.

— Может, она просто сбежала домой? — спросила я у Дитриха, который нервно стучал кончиками пальцев по своему рабочему столу.

— Сбежала? — тон Дитриха был таким, что стало понятно: ляпнула я полнейшую глупость.