Не такое уж и прекрасное, особенно с таким надменным и мерзким выражением. Я мстительно усмехнулась, но тут же почувствовала что-то странное: воздух стал тягучим.

— Вы это зря, госпожа. Мы ведь ничего плохого не хотели. Даже отправили бы вас в хороший развитый мир, наделив магией, а вы… Вы так жестоко избили мою возлюбленную. Поэтому, простите, что не смогу закрыть на это глаза. Извините за грубость.

Я почувствовала, что воздух из моей груди куда-то пропал. Попыталась судорожно вдохнуть, приоткрыла рот… И этот сумасшедший призрак ловко влил мне жидкость из флакона. Неужели… Я не хотела глотать, но все внутри словно онемело, а жидкость свободно стекала по горлу.

— Вот и все, — сказал Каллисто, отпуская меня и отбрасывая пустой флакон, жалобно звякнувший при падении.

Я попробовала сделать глубокий вдох, схватилась за горло и захрипела:

— Что это? Почему?

— Жидкая магия, госпожа, — довольно улыбнулся Каллисто. — Минута — и подействует. Вам понравится. Все любят магию и магические миры. А для этого мира и моего господина вы просто не подходите.

Я перевела взгляд на Двена, смотревшего на меня с ужасом на лице.

— Каллисто! Что ты натворил?! — взревел Двен, а вокруг него заклубилась магия.

Но, увы, весь его гнев и все его попытки разорвать магическую цепь обернулись лишь тем, что кровь Двена закапала на пол.

— Наделил ее магией, дал ей новую судьбу.

Не знаю, чем он меня наделил, но все внутри начало гореть, а картинка перед глазами стала вращаться. Я закашлялась и осела на пол, чувствуя жгучую боль внутри.

— Сними цепи! — кажется, Двен кричит. — Позови Дитриха, он еще может ее спасти.

— Ее уже ничто не спасет, — раздался холодный женский голос. — Каллисто, выбрось ее в иной мир.