Так, спокойно, тебе просто кивает мантикора, она же не заговорила? О чем тут волноваться? Просто разумное чудище, которое прекрасно понимает речь и, кажется, не намного хуже человека соображает. По крайней мере прекрасно знает о производимом впечатлении: ухмылку на львиной мордахе не рассмотрит разве что слепой или совсем не соображающий от страха. А я хоть и боялась, но не до такого состояния. Что ж, пока моя храбрость и здоровое сердечко при мне, стоило кое-что попробовать.

Я аккуратно приблизила руку к хвосту мантикоры, но не к середине, а к кончику, где был яд. Если что, то всегда успею отдернуть.

Опаньки!

Как я и предполагала, Франсуа-Доминик моментально изогнула хвост так, чтобы рядом с моей рукой оказалась безопасная серединка. Чего и следовало ожидать: пугают, но не убивают. Еще бы точно удостовериться, что и вреда никакого, кроме морального…

Я опустила руку на скорпионий хвост и выдохнула — никаких странностей, ощущения очень даже ничего: словно трогаешь качественную мышку для компьютера из довольно приятного на ощупь пластика. Свои наблюдения я оставила при себе — вряд ли такое сравнение Франсуа-Доминик, снисходительно поглядывающая на меня, посчитает комплиментом.

— Я погладила, — отчиталась я перед мантикорой, убирая с хвоста немного онемевшую руку — все надеялась, что Франсуа отодвинет свой хвост первой.

И получила весьма громкий и недовольный рык в ответ.

— С-с-спасибо, — добавила я, радуясь, что сижу: стояла бы — упала, а потом добавила: — Извините, пожалуйста.

Я, конечно, сколько угодно могу говорить самой себе, что я храбрая, умная, взрослая и адекватная женщина, но не в такой ситуации! Перед вами когда-нибудь рычал лев так близко, что вы чувствовали его дыхание, а волосы после рыка развевались сильнее, чем от ветра в непогоду? Да я бы предпочла десять раз поблагодарить и двадцать извиниться, лишь бы от меня отошли подальше!

А еще она ухмылялась, а этот странный недорык… неужели смех? Влипла!

— Мне пора спать, — сказала я. — Не могли бы вы позволить мне выйти из-за стола?

Мантикора послушно сделала несколько шагов в сторону, а я с опаской встала со стула и подошла к кровати. Спать, я лягу спать, встану — и больше никаких рычащих мантикор в моей спальне в течение всего дня. Наверное.

Но разумность Франсуа-Доминик меня немного пугала. Во-первых, обмануть ее будет, скорее всего, труднее, чем детишек, потому что никаких проблесков наивности в шикарных глазах мантикоры я не заметила. А во-вторых, ни один план при ней нельзя будет претворить в жизнь. Я ведь хотела сегодня заглянуть в ту самую тетрадочку, раз уж детки так опростоволосились и не принесли правильный контракт. Но, судя по поведению моей соседки а-ля дуэньи, лучше мне и впрямь лечь спать.

Поэтому, быстро переодевшись, я юркнула под одеяло и попыталась заснуть. Пыталась я, если судить по ощущениям, несколько часов, но все безрезультатно. И мантикора тут абсолютно ни при чем: она легла на диван в другой стороне и даже не шевелилась. Покрутившись, я поняла, что для счастья мне не хватает стаканчика воды. Лучше, конечно, чего-то другого, но навряд ли я найду в этом мире привычную газировку. И если бы в комнате была хоть капля, то вопросов не возникло бы! А так, кажется, придется топать в столовую, благо это единственное место, расположение которого я отлично запомнила.

Повздыхав, я все же решилась выползти. Минуту я размышляла, что же накинуть поверх ночнушки, чтобы точно никого не смутить (и особенно — себя), а после вытащила спортивную ветровку. Пусть и странно, но местную одежду мне не выдали, значит, буду носить то, к чему душа лежит.

Я глянула на Франсуа-Доминик и поняла, что мантикора наблюдает за мной одним глазом.

— Выйдешь со мной за водичкой? — спросила я, на что получила непонятный звук.

Подозреваю, что это было снисходительное разрешение. Что ж, ладно, без мантикоры мне будет лучше. Я открыла дверь и вышла в коридор.

Упс, кажется, погорячилась. Особняк, который так уютно выглядел днем, вечером показался мне жутковатым. Какой придурок додумался использовать факелы с синим огнем? Еще и луна из окна светила.

Так, я взрослая адекватная женщина, которая при просмотре ужастиков ела попкорн и смеялась над трясущимися младшими, что мне какой-то дом? Тем более не упаду. Пусть все освещено жутковатым синевато-голубоватым светом, но освещено же!

Я уверенно спустилась на первый этаж, повернула направо, и холодный воздух прошелся прямо над моей головой. Сквозняк! Обычный сквозняк. Да, окна все на вид закрыты, но это ж магия, мало ли…

Холодный, почти ледяной ветер коснулся плеча и шеи.

— Это просто сквозняк, — тихо сказала я, чтобы услышать свой голос и развеять страх.

— А вот сквозняком меня никто еще не называл.