Глашатай перечисляет полные, многоэтажные имена королевской семьи пока они рассаживаются и наступает относительная тишина. Смотрю украдкой, на первого принца. Он все еще не занял свое место, флиртует с какой-то брюнеткой: ослепительной, сногсшибательной, яркой! На ней платье в голубых тонах с серебряными вставками на лифе делает ее белую кожу еще светлее. В голове тут же всплывают слова: «Серебрянный цвет – мой, Кристин». Рука Дамиана вдруг проводит по линии её талии, словно лаская нежную кожу сквозь тонкий шелк платья, поднимается к ребрам, он наклоняется к обрамленному темными завитками локона уху, что-то шепчет, и девушка краснеет! Ни дать ни взять, как спелый помидор!

Он что, заигрывает с ней? На глазах всего двора? На глазах короля?

Осознание происходящего, вышибает воздух. Продолжаю маниакально следить за движениями его рук на чужом теле. Бесит, бесит, бесит! Словно чувствуя мой гневный взгляд, фирсов дракон ведет головой и наши взгляды вновь таранят друг друга.

— Дамиан, — зовет Его Величество, спасая меня от эмоционального самоубийства. — Марканская культура, в который ты жил достаточно долго слишком отлична от нашей, но все же это не повод относиться неуважительно к собственной! Займи свое место! Иностранные гости вот-вот пожалуют.

Голос короля напряжен, в нем вибрирует сдерживаемая сила. Мы оба вздрагиваем, словно очнувшись от наваждения. Наследный принц усаживается на свое место, а я глубоко и медленно выдыхаю. Глашатай, как будто только и ожидая, когда наконец-то Дамиан займет свое кресло, стучит посохом трижды, витиевато оглашая:

– Высокая принцесса, дочь султана и владыки Киары, брата Солнца и Луны, наместника Тёмного Бога на земле, властелина царства Маркан – Дилена Румелия–тессан–сиде. 

Придворные ахают, стоит только миниатюрной брюнетке мягкой поступью войти в зал. Или дело в громадном белом тигре, что не отставая вальяжно шагал по правую руку от хозяйки? 

— Ну точно день и ночь, – шепчет кто-то сбоку и я совершенно с ним согласна! Ее наряд, нечто провокационно-воздушное, смутно напоминает сорочку, что буквально пару часов назад мне снилось. Свободный силуэт многослойных шаровар издали выглядят юбкой, при плавной поступи не сковывает движений,  подчеркивая девичью грациозность, плавный изгиб бедра и аппетитный, упругий зад, который невозможно спрятать под вышитой золотом туникой с расклешенными от локтя рукавами! Лицо марканки спрятано под легкой вуалью, что лишь добавляет загадочности и притягательности образу, позволяя мельком рассмотреть отчетливо проступающие черты: маленький аккуратный носик, точеные скулы и пухлые губы. 

В отличие от самой принцессы ее зверь нервничает. Это заметно невооруженным взглядом: щелкающий по сторонам хвост, злой взгляд, обжигающий ядовитой зеленью и вздыбленная на холке шерсть. Бедненький. Для животного такое скопление людей конечно же  стресс! 

Тем временем принцесса подходит к престолу. Ее слуги склоняются в приветствии, подносят щедрые дары и расшаркиваются в благодарностях, но все это проходит для меня фоном, потому как я вместе с той брюнеткой, которую Дамиан тискал буквально пару минут назад, подмечаю, как наследники двух королевств обмениваются многозначительными взглядами. А мы, с моей предполагаемой соперницей своими. Что ж, дорогая, не того поля ягодки мы. Здесь целая принцесса, а не… кто ты? Неужели та самая любовница с полей, требующая шёлковые простыни и ближайшее к принцу покои?

5.3

Чтобы как-то отвлечься, бросаю взгляд в сторону Ри. Заметив, он улыбается открыто, лучисто. Отчего-то второй принц доволен, словно кот объевшийся сметаны. Выдавливаю из себя робкую улыбку, напоминая, что мне надо убедить Дамиана в своем интересе к его брату. Хотя, в таком цветнике красавиц, он вряд ли вспомнит обо мне…

За марканской принцессой следуют гости из Нихона, Ниргии и далекой Берудии. Когда наступает черед Галдура, по залу идет недовольный шепот, разом затихший за многозначительным покашливанием Его Величества. Бедная королева Миранда. Столько лет прошло, а драконы, да и остальной трехлунный мир никак не простит галдурцам попытку превратить драконов в бесправных зверушек на поводке их прихоти. Говорят, они ставили жуткие опыты над попавшими к ним, лишая их личности и разума. 

— Что ж, — когда последние иностранные гости занимают свои места в зале, Сигирилл открывает Сезон. — Приветствую наших подданных и гостей Эстинии. Неделя балов в честь праздника Илларии, богини Луны, объявляется открытой! Я знаю, что в прошлом для многих Сезон являлся излюбленным развлечением! Пора возродить давнюю традицию! Тем более у нас, помимо прочего есть прекрасный повод – мой сын, наследный принц Дамиан Эвар Уэмбли – после долгой разлуки, вернулся домой! Веселитесь! Радуйтесь! Пусть магия наших земель, магия нашего рода, принесет удачу и восполнение сил!