— Да без проблем! — мужик расплылся в ещё более широкой улыбке и начал заливисто смеяться. Эх как его таращит-то, а? Сахара обожрался, что ли? — Конечно-конечно! — продолжил продавец, едва не задыхаясь от смеха. — Будет вам тревожный сыр! Проходите внутрь! Проходите-проходите, прошу вас, смелей!

Джастас поднял стойку прилавка и пропустил меня прямо в недра своей палатки. Тут оказалось ещё больше холодильников, и ещё больше сыров. Но то, что было нужно мне…

— Вон там, на столике, лежит, — продавец указал в дальний угол. — Посмотрите, оцените, и если всё устраивает, тогда будем договариваться о цене.

— Вон там? — переспросил я.

— Да-да, — мужчина опять рассмеялся. — Вон там ваш тревожный сыр!

Итак. На небольшом столике из нержавейки лежал круг сыра. По цвету белый и чем-то неуловимо похожий на горгонзолу, вот только с красной плесенью вместо голубой. И плесени той было катастрофически мало, насколько я могу судить. Это ведь если я его мелкими кубиками нарежу, то некоторые кусочки вообще без неё будут.

Но самое интересное было в другом.

Джастас зачем-то надел на эту сырную голову здоровенные прижимные наушники, из которых доносилась музыка для медитаций. И ещё рядом поставил куриться палочку благовоний.

— Умеете обращаться? — спросил Джастас.

— В каком смысле?

— Ну как? Существо очень специфическое. Неисправимый неврастеник, если одним словом. Чуть что не так, начинает нервничать, портиться и плесневеть. Чем больше на нём плесени, тем хуже и тем ближе точка невозврата. Кстати! Чуть не забыл! — воскликнул Джастас. — Гарантию на сыр даю пять секунд после покупки, а дальше вы сами. За транспортировку никакой ответственности не несу.

Я же всё это дело выслушал и спросил:

— Чего? — а затем добавил: — Какое ещё «существо»?

Я прищурился и…

Тревожный сыр

(Слушай, Виталий, тебе уже и так всё подробно объяснили, куда дальше-то?!)

Имя: пока не именован

Склонность: отсутствует

И в этот же момент сыр лениво приоткрыл огромный карий глаз. Закрыл его обратно. Потом понял, что только что увидел перед собой кого-то кроме Джастаса, резко распахнул оба и заорал:

— ААААА!!!

— Тиш-тиш-тиш-тиш, — продавец снял с Сыра наушники. — Не ори, маленький.

— Что происходит?!

— Всё нормально.

— Меня покупают?!

— Возможно.

— Ой-ой-ой, — запричитал Сыр. — Ой-ой-ой-ой, плохо-то как, — и начал стремительно обрастать красной плесенью.

— Как расплачиваться будете? — спросил Джастас, на что кошка попросила его отойти в сторонку, а меня тем временем успокоить сыр.

— Как?

— Не знаю!

Ну ладно. Краем уха я слышал, что Шофранка торгуется с мужиком, уламывая его отдать нам Сыр на реализацию. В разговоре то и дело проскакивало имя Фёдора Евгеньевича Жалюзи, и Джастас, по всей видимости, не особенно возражал против такого формата сделки.

А вот я тем временем остался один на один с сырной головой, которая пучила на меня глаза, очень часто дышала и портилась, портилась, портилась.

— Ты хочешь купить и съесть меня, да? — с надрывом спросил Сыр.

Я же зачем-то ляпнул:

— Нет. Никто тебя не съест, я обещаю.

Хотя как это «зачем-то»? С первого крика Сыра вся эта затея показалась мне омерзительной. Всякое мне за карьеру делать приходилось, но вот чтобы поставить на стол что-то разумное? Что-то говорящее?

— Тогда зачем я тебе нужен? — недоверчиво спросил Сыр и продолжил всхлипывать.

— Домашнего питомца себе хочу, — ответил я первое, что пришло на ум.

Можно было бы прямо сейчас развернуться, уйти и забыть весь этот бред. Можно, но… но, блин, нельзя. Банкет тогда не состоится, — знаю! — но хрен бы с ним, с банкетом, ведь главное-то не в этом! Ведь если я не куплю эту голову, значит её купит кто-то другой. Кто-то, у кого совершенно другие взгляды на гастрономию и кому не зазорно взять и затрепать своего собеседника. На завтрак. С хлебушком.

Чёрт!

Одни психи кругом!

— Успокойся, — сказал я, вздохнул и пробубнил себе под нос: — И как же мне теперь такую ранимую натуру до ресторана донести?

— До ресторана?! — Сыра пробила мелкая дрожь. — Ты сказал «до ресторана»?! НЕ-ЕЕЕ-ЕТ! Ты всё-таки хочешь меня сожрать!

— Закончили, — вернулась кошка. — Цену сбила как могла, но…, а впрочем, потом сочтёмся.

— Нет-нет-нет-нет-не-е-е-е-ееет!

— Спойте ему, — раздался голос Джастаса у меня за спиной. — Иногда помогает, — и решил продемонстрировать: — Ложкой снег мешая, ночь идёт большая. Что же ты, глупышка…

Что удивительно, Сыр начал успокаиваться. Сперва он перестал трястись, потом чуть прикрыл глаза, протяжно зевнул и в следующее мгновение уснул. А вместе с тем плесени на белом тельце Сыра стало значительно меньше. А значит, процесс обратимый — надо запомнить.

— Ну вот, — улыбнулся Джастас. — Сейчас я вам переноску дам…

Да.

Для транспортировки Сыра продавец выделил нам самую обыкновенную кошачью переноску, внутри которой был постелен пушистый плед. Джастас засунул сырную голову внутрь, закрыл дверцу и торжественно передал переноску мне. Затем отсчитал пять секунд «гарантии», рассмеялся и пожелал хорошо добраться.