— Господи, Роуэн. Пожалуйста, — задыхаясь, произношу я, и он входит еще глубже. — Пожалуйста. — И еще немного. — Пожа…

Роуэн делает одно мощное движение бедрами, заполняя меня до самого конца. Я приоткрываю рот, и слово застревает у меня в горле вместе с потоком воздуха, вырвавшимся из легких.

Он выходит из меня так же быстро, как и вошел, оставляя внутри только головку, и начинает все сначала.

Короткая вспышка острой боли от того, что он достал практически до самого моего живота, мгновенно растворяется без следа.

— Ты как? — спрашивает Роуэн.

Я киваю, жадно втягивая в легкие воздух. Тогда он перехватывает мою ногу под коленом, раскрывая меня еще шире, и начинает погружаться на всю длину.

На этот раз боли нет, лишь невероятное, распирающее изнутри чувство абсолютной наполненности. Когда мне уже кажется, что дальше некуда, он погружается еще глубже. К тому моменту, как его таз вплотную прижимается к моему, меня бьет мелкая дрожь, а дыхание становится прерывистым.

Я хватаю его за предплечье, впиваясь ногтями в кожу, и пытаюсь привыкнуть к его размеру, который заставляет меня напрягаться до предела.

— Какая же ты у меня умница, — хвалит он меня, поглаживая мою ягодицу, а затем снова сжимая бедро.

Роуэн наклоняет голову и впивается в мои губы, полностью завладевая моим ртом. Он прижимается ко мне всем телом и начинает двигаться, а я настолько поглощена ощущениями от его движений внутри меня, что почти не участвую в процессе.

Когда мои пальцы скользят вверх по его руке, Роуэн вдруг перехватывает мою кисть и одним движением опрокидывает меня на спину. Следом он ловит мою вторую руку и прижимает обе мои ладони к матрасу над головой, переплетая свои пальцы с моими. Его мощный торс нависает надо мной, а бедра разводят мои ноги максимально широко, так что при каждом новом толчке я ощущаю его еще глубже и острее.

С моих губ срывается протяжный стон, и спина сама собой выгибается навстречу ему.

— Вот так. Прими меня всего до последнего сантиметра.

Я киваю и наконец нахожу в себе силы двигать бедрами ему в такт. Из груди Роуэна вырывается глухой утробный рык – и это единственное предупреждение, которое я получаю, прежде чем он начинает с силой входить в меня.

Каждый мой стон и каждое движение бедер заставляют его ускоряться еще сильнее; вскоре наши тела покрываются испариной, а я едва могу вдохнуть полной грудью.

Он доставляет мне невероятное удовольствие, а потом меняет позу и находит точку, от прикосновения к которой мое тело сковывает парализующий экстаз.

Словно одержимый, он раз за разом бьет точно в это место, и клянусь, я теряю рассудок, зрение, слух и вообще всякую связь с реальностью, когда оргазм проносится сквозь меня с разрушительной мощью урагана пятой категории.

Меня подхватывает и уносит прямиком в стратосферу, где я вижу врата рая.

ГЛАВА 32

Роуэн

Смотреть, как Энни кончает подо мной, – самое прекрасное зрелище, которое я когда-либо видел.

Пока я продолжаю входить в нее резкими, глубокими толчками, ощущая, как ее внутренние мышцы до безумия туго сжимают мой член, вдоль моего позвоночника разливается удовольствие. Погрузившись в нее до самого основания, до последнего сантиметра, я содрогаюсь всем телом в мощном, обнажающем душу оргазме.

Осознание того, что я изливаюсь внутри любимой женщины, делает экстаз настолько пронзительным, что у меня перехватывает дыхание, и он безраздельно подчиняет себе каждый темный уголок моей души.

Перед внутренним взором, словно кадры киноленты, проносится все наше будущее…

Энни в моих объятиях каждую ночь. Утренний кофе на берегу океана. Жаркий, влажный от пота секс, когда пряди ее рыжих волос липнут к коже. Звонкий смех. Доверительный шепот о наших общих мечтах и надеждах.

Я вижу это все.

Когда дыхание начинает постепенно выравниваться, я опускаюсь поверх нее, прижимая ее своим весом к кровати.

Я не намерен покидать эту каюту до тех самых пор, пока мы не пришвартуемся в порту.

Обхватив ее лицо ладонями, я целую свою женщину со всей страстью, которую она пробуждает во мне. Я впиваюсь в ее губы и язык, наслаждаюсь ощущением ее груди и обнаженной кожи, прижимающейся ко мне. Мой член все еще чувствителен после оргазма, но это не мешает мне лениво входить в нее.

Касаясь губами ее губ, я признаюсь: — Я просто помешан на тебе. Ты – весь мой мир. Каждый мой вдох и каждый удар сердца. Ради тебя я развяжу любую войну и сожгу дотла все, что представляет для тебя угрозу. — Я смотрю так глубоко в ее глаза, что вижу, как каждое мое слово проникает прямо в ее сердце, вызывая бурю чувств. — Ты мое начало и мой конец – та высота, за которую я готов стоять насмерть.

— Роуэн. — Это слово – не более чем благоговейный выдох у моих губ, и я вдыхаю его. — Мой волк, несущий смерть и тьму всем вокруг, но такой нежный со мной. — Подняв руку, она зарывается пальцами в мои волосы, с безграничной любовью оглядывая мое лицо.