Призрак принялся буянить не на шутку: грохотал дверьми шкафа, пытался придушить меня покрывалом, поднял ветер и пыль вместе с ним. В какой-то момент из кабинета выпрыгнуло кресло. Взбесившаяся мебель с диким ржачем пыталась лягнуть меня ножкой и приложить подлокотником. 

Бегая по всей комнате, я выводила в блокноте руны, которые успела выучить наизусть. Наконец все было готово. Я вдохнула в символы чуточку магии и…

Чмяк! — прилепила бумажку к стене.

Все прекратилось в тот же миг.

— Получай. И не жалуйся! Сам виноват.

Я с удовлетворением посмотрела на свою работу и отряхнула руки. Красота! Как хорошо, что я всегда любила руны. Руны — это сила! Не высшая магия, конечно. Но у меня ещё всё впереди.

А вот у призрака нет. Теперь у него не получится пройти в комнату. Мой амулет не позволит.

— Вот так и лишаются жилплощади, — я ехидно усмехнулась.

Нечего было грубить и угрожать. И мебель портить. Теперь тут живу я и только я. А призрак пусть не хнычет.

Триумф испортило неприятное напоминание о пыли:

— Апчху!

Нет, так не годится. Где тряпки? Я готова приступить к обязанностям уборщицы прямо сейчас. Рафка все-таки осталась в выигрыше, пусть и прогадала с привидением. В этом мире меня могут сломить только две вещи: пыль и... ещё кое-что. 

Только я собиралась отправиться на поиски инвентаря, как в дверь постучали. Что, уже пришли забирать моё бренное тело? Не дождетесь!

— Кто там?

8

Ответа не последовало. И я, не ожидая подвоха, гостеприимно открыла дверь. На лицо, шею и грудь брызнуло что-то неприятно холодное. Не успела я отшатнуться, как меня облили полностью.

— Изыди! Изыди! Изыди! — зычно протянул старый голос, громыхая ведром.

Я во все глаза вытаращилась на госпожу Вивьену. Бабушка смело шагнула ко мне, вытащила из рукава небольшой веник и принялась хлестать меня им по щекам.

Терпение, а оно у меня ангельское, все же подвело. Я схватила бабушку за руку, не грубо, но довольно крепко. Та насупилась и попыталась вырваться.

— Я тебя не боюсь, ирод! Отпусти девку, нечего тебе в теле её делать!

Ах вот в чем дело. Меня спасать пришли! Как это любезно с её стороны.

— Госпожа Вивьена, это я. — Я улыбнулась ей как можно дружелюбнее.

— Алесса? — уточнила она, бесстрашно заглядывая в глаза.

Ого! Она запомнила моё имя! Это так мило! Кажется, я её уже люблю.

— Она самая.

— А… Где этот? Ну… Призрак? — бабушка шагнула в сторону и прищурилась. Осмотрела бардак в комнате и снова недоверчиво покосилась на меня.

«Был повержен в ходе неравного боя!», — хотелось сказать с гордостью, но вместо этого я пожала плечами и заявила буднично:

— Ушел.

— Бедненькая! — заохала Вивьена. — Перепугалася вся! Лица на тебе нет! За что ж с тобой так, а? Дай бог, воздасться той змее подколодной! Пошли, касаточка, пошли. Я тебя чаем успокоительным напою!

Да, чай бы не помешал. Особенно призраку. Представляю, как ему сейчас обидно.

Но обратно не пущу! Нужно было раньше думать.

— Идем, Алесса! У меня ещё печенье есть.

— Спасибо большое за вашу доброту, — я откинула мокрые волосы с лица. — Но мне нужно привести комнату в порядок, а после приступить к работе.

Видя непонимание на лице завхоза, пояснила:

— Я уборщица западной башни.

Женщина в очередной раз охнула. Я же почувствовала неладное, и спросила на всякий случай:

— Что-то не так?

— Все так, касаточка. — Бабушка грустно улыбнулась и отвела взгляд. — Вот только западная башня — это общежитие для богатеев. Тут один месяц оплаты апартаментов в два раза больше моего годового жалованья!

Вот это мне… повезло. Нет, ну правда же — повезло. Духа выгнала, роскошные комнаты теперь мои.

Если я правильно все поняла, то уличные постройки — это общежития для бюджетников. Если так, то я вовсе вытащила золотой билет. Чтобы пройти на урок, мне даже не придется выходить на улицу!

И все это бесплатно. Ну, почти бесплатно. Эх, Рафка, Рафка… Просчиталась ты по-крупному! Хотела гадость, а получилась благость.

Вивьену смутила моя радостная улыбка. Женщина поняла всё по своему и проговорила серьезно:

— Если надеешься богатого жениха найти, то ты это зря! Да, деваха ты видная. Кому-нибудь точно понравишься. Но юноши здесь подлецы знатные, воспользуются и бросют! Если повезет — любовницей оставят. А что говорить про знатных леди… Ох! — она махнула рукой и покачала головой: — Загрызут они тебя!

— Дикие они, что ли?

— Богатеи-то? Не дикие… Хуже, касаточка! Мы, простые рабочие люди, для них как грязь под ногтями. Хорошо, если словом обидят. Но и пакость устроить могут. За ними не заржавеет!

За мной тоже. Так что ещё посмотрим кто кого.

Я успокоила госпожу Вивьену и попросила выдать мне все необходимое для уборки. Она провела меня до кладовки, вручила ключ от неё и милостиво разрешила брать все, что понадобиться. После показала где я должна буду убирать и дала парочку советов.