Он остановился, прищурив глаза:

— Прошу прощения?

Я выдавила нервный смешок:

— Ваши кеды. Они просто отпадные. Я знаю, что бесстыдно уставилась на них, но я просто пыталась сообразить, кого именно вы играете в фильме.

Настороженность задержалась на его лице еще на секунду, а затем он расслабился, очевидно решив, что я не террористка. И не федерал. Неужели его бормотание про «федералов» относилось к тому самому агенту ФБР в городе? Но что, черт возьми, могло понадобиться ФБР, что было бы связано с фильмом «Зомби среди нас!!»?

— Меня нет в фильме, — ответил он глубоким, теплым голосом, от которого у меня слегка задрожали коленки. — Я продюсер. А кеды мне вручную расписал один друг. — Его улыбка отозвалась волной мгновенного вожделения у меня в животе. — Вы местная?

— Всю жизнь здесь прожила. — И я одарила его своей собственной самой ослепительной улыбкой.

— Обожаю Юг, — сказал он и густо, бархатисто рассмеялся. Его взгляд скользнул по мне — горячий и оценивающий. — Местную еду. Местных женщин.

Он притянул меня к себе для обжигающего поцелуя, и я не стала сопротивляться. Жар пронзил мои кости до самого основания, когда его язык ворвался в мой рот. Мои руки мертвой хваткой вцепились в его рубашку, а его ладони сжали мой зад. Я содрогнулась, желая всего этого…

— Мисс? Вы в порядке?

Он с явным беспокойством разглядывал меня, стоя добрых в двух футах от меня. Искры то и дело вспыхивали на его лице и плясали в ямочке на подбородке.

Нет. О боже. Он меня не целовал. Мне всё это полностью пригрезилось. Что я, черт возьми, только что сделала? Неужели все вокруг видели, как я зажимаюсь с пустотой?

Лицо мгновенно залило пунцовой краской, пока я лихорадочно пыталась нащупать хоть какое-то оправдание или извинение. Но прежде чем я успела выдавить хоть слово, он приобнял меня за плечи и отвел в тихое местечко за рекламным стендом.

— Всё в порядке, — успокоил он меня. — У меня у кузена малые эпилептические припадки, я знаю, как это бывает.

Ох, слава богу.

— Да-а. Припадок, — выдавила я, шумно сглотнув. — А я, э-э, ничего такого не сделала?

— Просто уставилась в пространство на несколько секунд, — ответил он, и его голубые глаза смотрели мягко и ободряюще. — Кроме меня никто ничего и не заметил. Сейчас на ногах крепко стоишь?

— Всё хорошо. — Я заставила себя улыбнуться. Нет, ничего не хорошо. Всё было хуже некуда. Я превратилась в ходячую катастрофу. Всё, завязываю. Никакого больше «V12». Вообще ни капли. — Мне, э-э, лучше пойти поискать папу. Спасибо, что приглядел за мной.

— В любой момент. — Он по-дружески сжал мою ладонь, а затем слегка наклонил голову: — Мы раньше не встречались? Твое лицо кажется мне знакомым.

— Не думаю. — Я бы ни за что в жизни не забыла такого парня.

— Хм. Странно. Дежавю какое-то. — Он качнул головой. — Ну, в любом случае, надеюсь еще увидимся. — С прощальной улыбкой он зашагал прочь, растворяясь в толпе.

Мне потребовалось около минуты, чтобы прийти в себя после такой опасной осечки. Нужно было немедленно сообщить доктору Никасу об обрывках разговора, которые я подслушала, и об этой боевой готовности у охраны…

Нет. Я не могла позвонить доктору Никасу. Я теперь у него в черном списке.

Слезы обожгли глаза. Оказаться в черном списке у доктора Никаса — это куда паршивее, чем попасть в черный список к Санта-Клаусу. Это как стать личным врагом мистера Роджерса [известный в США добрый ведущий детских передач]. Нужно быть просто чемпионом по фейлам, чтобы умудриться так накосячить. Я ни за что не смогу с ним поговорить. Не сейчас. К тому же, я ведь не знаю наверняка, назревают ли проблемы. Нет смысла звонить, пока у меня не появится больше информации об этом Красавчике-в-Зомби-Кедах и его паранойе. Я сама пригляжу за ситуацией и посмотрю, что к чему, завтра на Зомби-Фесте. К тому времени действие «V12» полностью сойдет на нет, и мне будет гораздо проще предстать перед доктором Никасом. Сказать ему, как мне жаль.

Расправив плечи, я отправилась на поиски отца. Времени на это ушло немного, учитывая, что он таскал в руках картонную ростовую фигуру Жюстин Чу в полный рост.

— Эй, Энджел-детка! — Его рот расплылся в улыбке до ушей. — Смотри, что я выиграл. Вот это я понимаю — классный приз!

***