Он становится на колени, обхватывает мои колени и раздвигает мои ноги.

— Что ты имеешь в виду? Я хочу быть ближе к тебе.

Джек проводит руками по моим бедрам, а затем берет мои в свои, подтягивая меня к себе.

— Я тебе это говорил.

Прежде чем я успеваю ответить, он прижимается губами к моим. Его губы лихорадочно шевелятся, язык требует проникновения, и этот поцелуй совершенно отличается от нашего первого. Я стону под натиском и вцепляюсь в него. Он ведет меня от стола к лестнице, где я прислоняюсь к стене и обнимаю его за шею. Потираясь о его эрекцию, я прижимаюсь к нему.

Я задыхаюсь, впиваясь ногтями в его плечи. Джек прижимает меня к себе, выпрямляется, чтобы прервать поцелуй, и опять прижимает меня к себе. Он несет меня остаток пути наверх. Подавляю инстинкт протеста и требования, чтобы он взял меня прямо здесь.

Пока он прижимает меня к себе, я вдыхаю его — мыло и чистый летний воздух наполняют мой нос.

Он кладет меня на кровать и заползает на меня сверху, уткнувшись лицом в мою шею. Выдыхая мне на кожу, он облизывает ее.

Слышу, как рвется моя рубашка, как его руки скручивают ткань. Затем он дергает мой лифчик. Оседлав меня, Джек садится и смотрит вниз, теперь, когда я обнажена до пояса.

Его глаза сверкают желтым.

Я хмурюсь, когда он спускает штаны и достает свой член.

Мои губы приоткрываются.

Он толстый, его обхват выпуклый, словно набухший. Мой живот впадает, когда он обхватывает его, проводит ладонью по округлой нижней части и по слегка заостренному кончику. В завершение он сжимает его.

Мои ноги смыкаются.

— О, нет.

«О боже мой».

Я недостаточно женщина для него. Это была ошибка.

Он не осознает моего ужаса, наклоняется надо мной и сдергивает с меня штаны.

— Джек!

Он роняет мои джинсы на пол и поднимает глаза.

— Что?

— Ты не в моей лиге, с… с… — я подтягиваю ноги под себя и указываю на клюшку, тяжело висящую между его бедер, — этим.

— Не волнуйся. Об этом было упомянуто в книге. Он войдет.

— Книга? Что за книга?

— Про ковбоев.

— Что?

Я смотрю на стопку ковбойских романов рядом с моей кроватью.

Не отвечая, он выхватывает мои ноги из-под меня и раздвигает колени, забираясь на кровать между ними.

— Джек!

В ответ он толкает меня вниз и прижимает мои ноги к груди.

— Все, что мне нужно сделать, это намочить тебя и растянуть пальцами. При достаточных уговорах и достаточном труде ты сможешь вместить меня всего.

— Подожди, ты узнал о сексе из книги про ковбоев?

Джек замирает.

— Это проблема?

— Я… Ну, может быть, и нет.

Он усмехается и, схватив мое нижнее белье, рвет его, когда оно находится в районе коленей. Вздрагивая бедрами, я не знаю, возбуждаюсь ли я больше или напугана его уверенностью.

Затем, все еще прижимая мои ноги к груди и полностью открытые для него, он прижимается губами к моей пульсирующей киске.

Я застреваю — страх, волнение и возбуждение нахлынули с приливом адреналина. Прижав язык к моему центру, он лижет меня вверх до клитора. Мое тело сгибается в ответ.

— Я знал, что будет вкусно.

Откидываюсь назад и стону, сдаваясь, когда Джек лижет меня от центра до клитора, как будто моя киска — леденец, как будто, если он полижет меня достаточно, сможет поглотить меня.

— Пожалуйста, — прошу я, наклоняясь, чтобы схватить его голову и зажать ее между своими ногами.

Его член пугает меня, но моя смелость растет с каждым ударом его языка.

Снизу доносится стук.

Я игнорирую его, но Джек колеблется, и, когда все остается тихо, он прижимает ко мне палец.

Я кричу, когда он растягивает чувствительные стенки, потрясенные тем, что в них проникают и исследуют. Бедра трясутся, я привыкаю к тому, что его палец впивается в мою точку G. Он начинает добавлять еще, когда снова раздается стук.

Пальцы Джека замирают.

Я напрягаюсь, глядя мимо него в коридор.

— Кто-то пришел.

— Кто? — рычит он, словно думает об убийстве, и вырывает из меня пальцы.

Я смотрю на них и хнычу от разочарования.

— Я не знаю.

Стук раздается снова, на этот раз сильнее и настойчивее.

Джек слезает с меня, и я присоединяюсь к нему, надевая первую попавшуюся одежду. Он остается рядом, подтягивая джинсы. Когда я поворачиваюсь, чтобы уйти, вижу угрюмое выражение его лица и… блеск в глазах.

Просто игра света.

Снова раздается стук, за которым следует крик. Вздрогнув, я пролетаю мимо него.

У входной двери я проверяю глазок и со стоном открываю его.

Дэниел.

Я никогда не видела его более злым.

— Не могу поверить! — кричит он, врываясь в мой дом. — Я звонил тебе пятьдесят гребаных раз! Я оставил голосовые сообщения и текстовые сообщения. Меньшее, что ты могла сделать, это ответить, черт возьми!

— Не могу поверить, что ты приехал, — говорю я, направляясь за ним. — Я же говорила тебе не приезжать!