У Бена было сердце рыцаря. И в том, что его искривили и превратили в чудовище, с какими он был рождён сражаться, сквозила особая, изощрённая жестокость.

Когда Освин сдох, Бен брался за любую подёнщину, лишь бы прокормить младших. Его нынешнее место старшего конюха в гарнизоне Клинков было пределом того, на что он мог рассчитывать. Ему нравились лошади, да и платили сносно, но это походило на изощрённое самоистязание. День за днём смотреть, как мимо проходят мужчины и женщины в сияющих латах, покуда ты выгребаешь навоз из-под их жеребцов…

И всё же служба приносила монету, а место при конюшнях Клинков отводило от Бена любые подозрения. Никому и в голову не пришло бы, что простой конюх под самым носом у рыцарей промышляет торговлей душами. По крайней мере, они на это надеялись.

Эда соскользнула со своего места на прилавке:

— Этот епископ совсем не похож на тех, что бывали у нас прежде. Церковь Веры испокон веков клеймила Блэкбридж как самый развратный вертеп в Уэсланде, а теперь они наконец взялись вычистить эту помойку. Мы не можем сидеть сложа руки и уповать на то, что буря утихнет сама. Мы даже не знаем точного дня Конклава, а до осенней жатвы осталось всего три недели!

— И что ты предлагаешь — жить как ни в чём не бывало?! Вопрос лишь во времени, когда нас схватят за шкирку. Мы не можем расхаживать по городу и нашёптывать людям, где сторговать Пакт, пока Клинки выбивают доносы всеми правдами и неправдами! Они поднимут награду за осведомителей, а епископ уже раздувает религиозную истерию…

— Вы ведь не просто так выбираете жертв с такой осторожностью! Этим людям Пакт нужен куда сильнее, чем те жалкие гроши, которыми Клинки платят за доносы. Нам нужна всего одна сделка, от силы две!

— Я не собираюсь спорить с тобой.

Она сжала кулаки:

— А я собираюсь! Лори?

Лори промолчал — впрочем, она другого и не ждала. Знакомая до тошноты картина: Бен скалит зубы, Эда огрызается, а Лори жмётся на задворках стычки, блея о мире. Это не бесило бы её так сильно, если бы примирение в понимании Лори неизменно не означало принятие стороны Бена. Проще заткнуть рот сестре, чем пойти против старшего брата, перед которым он благоговел.

Но сейчас затыкать рот она не собиралась.

— Ты прекрасно знаешь условия договора. Если мы не принесём мистеру Ночи его пятьдесят лет к осенней жатве… — Голос её предательски сорвался. — Он убьёт нас, Бен.

Тишина навалилась удушливым прессом.

— Быть может… — Лори прочистил перехваченное горло. — Быть может, мы могли бы закрыть счёт сами? Если припрёт. Десять лет на троих… Это ведь не так страшно, правда?

Эде потребовалась секунда, чтобы осознать услышанное. Она визгливо, нервно расхохоталась:

— Ты в своём уме?!

— Он прав, Эда. — Бен уставился в пол, желваки на его челюсти ожесточённо заходили. — Это на крайний случай, но выход реальный.

— Выход?! — Она переводила ошалелый взгляд с одного на другого, всё сильнее желая запустить этим чёртовым павлином в их тупые башки. — Какой это, к бесам, выход?! Мы уже отдали мистеру Ночи бесчисленные годы жизни в кабале из-за Освина, а теперь вы хотите отвалить ему ещё больше…

— Не смей приплетать сюда отца! — отрезал Бен. — В любом случае, с тебя я ничего не потребую. Мы с Лори всё сделаем сами.

Он произнёс это с такой будничной уверенностью, словно дело уже было решённым. Эда едва не задохнулась от взметнувшейся ярости:

— Ты… что?! С дуба рухнул?! Я в жизни не позволю вам тащить мою долю этой лямки! Никогда! К тому же это бредовая затея. Мы — не сделочники!

— Хватит! — Глаза Бена предостерегающе полыхнули. — Мы заляжем на дно, и точка. Я делаю это ради твоей же безопасности!

— Ты делаешь это только потому, что тебе жизненно необходимо всё контролировать! — сорвалась на крик она, тыча в него дрожащим пальцем. Возмущение бушевало в груди лесным пожаром. — Позволь ты мне помогать по-настоящему, мы бы закрыли этот проклятый долг ещё годы назад!

— Ты правда веришь, будто мистер Ночь отпустит нас, даже если получит свои драгоценные годы?! Ты забываешься, Эда: в договорах с нечистью всегда есть лазейка! Зеркало так и останется в нашем подвале. Его лаз в наш мир! Ты всерьёз полагаешь, он позволит нам просто взять и избавиться от него?!

— Он не собирается держать нас пленниками…

— Он демон! — взревел Бен во всё горло. — Ты что, и впрямь такая ёбаная идиотка?!

Лори судорожно втянул носом воздух. Ледяной шок окатил Эду с головы до ног, будто ушат студёной колодезной воды.

Бен никогда в жизни не смел так с ней разговаривать.

Они замерли, глядя друг на друга в оглушительном безмолвии. Спустя мучительно долгие секунды Эда наконец выдавила слова пересохшими губами:

— Ума мне хватает хотя бы на то, чтобы понимать: в этом городе не осталось ничего хорошего. Тебе не придётся нянчиться со мной слишком долго, Бен. Едва закроется наш Пакт — ноги моей здесь не будет.