Мои мысли были в полном беспорядке, когда я проходила через портал, и хотя никогда не было доказательств того, что Галлели был истинным пророком, за эти годы я научилась не отвергать его слова и чувства. События, произошедшие после, возможно, не являются буквальным воплощением его предсказаний, но я пыталась понять их смысл. Галлели не был тем, кого можно было игнорировать, но это еще больше запутало меня.

Зачем меня звали древние?

Вихри Пустынных Земель полностью окружили меня, еще раз напомнив о том, насколько гениальны связи в Солнечной Системе. Когда туман наконец рассеялся, я глубоко вдохнула, позволяя знакомым ароматам наполнить мои чувства.

Казалось бы, еще вчера я ходила по этому миру, но, конечно, мой разум не дал мне забыть.

— Ангел! — Мера позвала меня по имени, и я открыла глаза, чтобы всё это осмыслить.

— Остеалон, — выдохнула я, глядя на центральную часть Пустынных Земель. Нейтральная территория Остеалона представляла собой широкую открытую равнину, ее пески были глубокого, насыщенного охристого цвета. Обычно она была безлюдна, но сегодня была покрыта множеством палаток, каждая из которых была окрашена в цвета, представляющие соответствующие династии.

Я вспомнила с одной из других встреч, на которых присутствовала, что в большом белом шатре, видимом вдали и мягко светящемся на фоне золотистого неба в свете полумесяца, проходили все собрания и торжества.

— Ты здесь уже бывала? — спросила Мера, пытаясь рассмотреть всё сразу, так что я забеспокоилась, что у неё голова вот-вот отвалится от шеи.

Я кивнула.

— Да. Как сказал Риз, эта территория нейтральная земля с большими заливами, впадающими в песчаные реки, и практически без дюн, что позволяет им размещать тысячи жителей пустыни во время этих встреч.

Риз сделал несколько шагов ближе, увлекая за собой остальных.

— Верно, и я объясню планировку, как только мы доберемся до наших палаток. Мы уже привлекаем внимание, и я хотел бы закончить все организационные вопросы, прежде чем мы займемся местными жителями. — Иногда то, как он говорил о «местных» в своем мире, было почти так, будто он сам к ним не принадлежал.

В тот момент, когда он вывел нас в яркую суету этого мира, мои воспоминания вернулись с новой силой. Все династии были одеты в цвета своих песков: золотые, красные и черные, в зависимости от территории. Земли династий не соприкасались друг с другом, и все здесь было в огромном масштабе, и только песчаные реки и бескрайние глубины соединяли их все.

Построить свой первый корабль, баржу или судно для путешествия было своего рода обрядом посвящения — у Риза было два или три таких судна в Рохами. По крайней мере, так было, когда я его знала.

— Насколько велико это место? — услышала я, как Мера спросила у Тени.

— Это огромная территория, — сказал он. — Остеалон самый большой участок суши в пустынях, но это не значит, что другие территории можно считать маленькими.

— У них есть совет? — спросила Мера, осматривая множество разноцветных палаток, которые служили временным пристанищем на время этой встречи.

— Существует восемь династий, — сказала ей Тень, — и каждой управляет принцепс, обладающий монархическим лидерством. В основном они держатся своих земель, но иногда собираются вместе и обсуждают вопросы, затрагивающие интересы всего общества.

Мера кивнула, ее глаза все еще жадно впитывали все увиденное. Мы привлекали к себе внимание, как заметил ранее Риз, но когда они увидели, что мы с богом пустыни, нас оставили одних.

— Они все такие красивые, — выдохнула Мера, на ее губах появилась ослепительная улыбка. — Мне нравятся эти землистые цвета, красные, золотые и коричневые. Это напоминает мне Нексус, и жители Пустынных Земель сияют на этом фоне.

Она не ошиблась насчет местных жителей: их цвет кожи варьировался от глубокого бронзового — как у Риза — до более темных коричневых оттенков, характерных для тех, кто жил ближе к Дельфоре. У восточных династий был самый светлый цвет кожи, поскольку они большую часть времени были залиты полулунным светом. Однако, независимо от их территории, Мера была права в одном: это была необычайно красивая раса, почти без исключения.

Пройдя сквозь множество палаток черного, золотого, оливкового и терракотового цветов, мы наконец добрались до красного. Район Рохами был огненным маяком на бескрайних охристых песках Остеалона, вновь напоминая мне о том давнем времени, когда я принимала участие в одном из собраний. Меня возвращали туда не только палатки, но и аромат в воздухе: сухой и землистый, с богатыми пряностями и цветком тиремы. У этого цветка были крошечные фиолетовые бутоны, которые так густо покрывали песок, что создавали иллюзию фиолетовой земли. Это было одно из немногих растений, способных выжить в таком засушливом климате, и его цветочный аромат не имел себе равных.

Прежде чем я успела погрузиться в прошлое, Риз крикнул, что нашел свою палатку, и я последовала за всеми, изо всех сил стараясь остаться здесь. В настоящем моменте.