Его рычание было досадно более впечатляющим, чем моё, и затем он стремительно двинулся ко мне. Я выпустила энергетические снаряды, и хотя он отмахнулся от большинства из них, как от мух, несколько порезали его тело, оставив раны, которые зажили почти мгновенно. Чтобы по-настоящему ранить бога, потребовалось бы гораздо больше, чем я ему наносила, но я не была настолько безнадежна, чтобы пойти на это.

Пока что.

— Ты забыла, каково это было? — снова прорычал он, его грудь вздулась, когда он приблизился. Он не остановился, а подхватил меня своими сильными руками и прижал к ближайшей полке. Вся конструкция затряслась, книги посыпались вокруг нас, и, несмотря на крики испуганных гоблинов, ни один из нас не отвел взгляд, и никто к нам не приблизился.

— Я всё забыла, — солгала я, наклонив голову и призывая больше силы в свои руки, энергию, готовую отразить его хватку. — Это было намного проще, чем я ожидала. Уверена, ты можешь сказать то же самое, ведь ты игнорировал меня на тысячу лет дольше, чем заботился обо мне. — Я заставила себя выдержать его взгляд, хотя и хотела отвести глаза.

Он замер, хищно неподвижный, и после того, как в его радужках мелькнули галактики, последовал лед, пронизывающий меня до костей.

— Я никогда ничего о тебе не забывал, — прошептал он, наклоняясь так, что наши губы почти соприкасались. — Твой вкус. Твой запах. Жгучий нож твоего предательства.

Я крепко зажмурила глаза, потому что больше не могла… смотреть в эти прекрасные голубые глубины.

— Лале, — резко выпалил он, и я не могла игнорировать это имя. Как бы мне этого ни хотелось. Когда я снова открыла глаза, перед глазами всё заполнилось красным; его песок окружал нас со всех сторон, не давая другим увидеть нас или вмешаться.

— Ты отнял у меня всех, — сказала я, в голосе звучала раздражающая дрожь от боли. Черт возьми, эти новые эмоции были просто невыносимы. — Я была одна. Ни семьи. Ни друзей. Ни чертовой надежды. Твой брат был ранен в той битве; я понимаю это и знаю, что он так и не оправился, до самой смерти. Я понимаю, почему ты меня не простил, но постарайся понять… Я потеряла всё.

Он ничего не ответил, но было очевидно, что его смутил эмоциональный характер моей речи. Мои вновь обретенные эмоции раньше никогда не проявлялись перед ним, и, несомненно, он понятия не имел, как с ними справиться.

Риз внезапно отпустил меня, и, отступил назад, я с трудом сдержала желание потереть кожу в том месте, где он касался. Его сила продолжала обжигать меня, но я отказывалась показывать ему, насколько сильно это на меня повлияло.

— Ты изменилась, — сказал он, все еще глядя на меня, словно я была загадкой, которую ему нужно было разгадать. — Как раз когда мне понадобился роботизированный воин, ты снова стала… — Его слова оборвались, и он покачал головой.

— Снова стала кем? — спросила я, большая часть моей ярости уже утихла. Правда, рассказанная Леном, потрясла меня, но я уже смирилась с ситуацией. В самом деле, от Риза я ничего другого и не ожидала.

Решив, что его ответ не имеет значения, я просто собрала все свои силы и прорвалась сквозь его мощь, выйдя из песчаного барьера и увидев по ту сторону разъяренную Меру. Тень удерживал её, и она кричала:

— Если с ней что-нибудь случится, я тебя разнесу на десять чёртовых кусков! — Её глаза горели огнём, а по щекам текли слёзы. — Он токсичен для неё — ты знаешь это так же хорошо, как и я, — и это недопустимо.

Ее стремление защищать было таким же огромным, как и сама Солнечная Система, и это напомнило мне, что теперь меня любят. Я больше не буду существовать в одиночестве, проживая день за днем, не испытывая никаких чувств. Какими бы тяжёлыми ни были эти перемены, они стали лучшим, что со мной случилось.

— Риз не её криптонит, Солнышко, — сказал Тень, и его взгляд встретился с моим поверх разъяренной подруги. — Он для неё не токсичен. И этим двоим нужно разобраться со своими проблемами, иначе это повлияет на всех нас и на нашу способность справляться со всем, что происходит в Пустынных Землях.

Мера несколько раз всхлипнула, но больше не сопротивлялась.

— Она всегда меня защищает, и я знаю, что ей тяжело. Меня убивает то, что я не могу защитить её так же.

У меня сердце сжалось, когда я это услышала.

— Эй, — тихо сказала я. Мера резко повернула голову в мою сторону, и, отпустив Тень, бросилась ко мне, уворачиваясь от упавших книг и снующих гоблинов.

К тому времени, как она подошла ко мне, моих крыльев уже не было, так что единственным препятствием для наших объятий был круглый живот.

— Ты в порядке? — спросила она задыхаясь. — Я чувствовала всплески энергии, но песок был слишком толстым, чтобы пробиться сквозь него. Тень подумал, что нам следует дать вам обоим немного времени.

За моей спиной я почувствовала, как сила Риза угасает, песок снова образует невидимый барьер вокруг него. Как ни странно, он подошел ко мне ближе, и я почти почувствовала сухой жар его силы на языке. Когда он подошел еще ближе, я оказалась практически зажатой между ним и Мерой.