У Эйнара на виске пульсирует жилка — верный признак волнения. Несмотря на благие намерения, Дэйв, скорее всего, лишь усугубляет ситуацию. Эйнар, возможно, согласился бы оставить фурий на произвол судьбы, предложи это только я. Но уступать совершенно непрошеному мнению Дэйва ему не захочется.

— Жаль людей внутри, — с холодной улыбкой Эйнар кивает на отель.

Он знает, что теперь подловил меня. Сердце ускоряется, и я снова осматриваю здание, сосредоточившись на окнах. И точно, там лица. Разумные, незаражённые, перепуганные лица. Около сорока.

— О нет… — стону я.

К нам подходят Финли, Расс и Альберт. На их лицах тревога разной силы, но ни один не разделяет беспечной готовности Эйнара.

— Что делаем? — очень тихо спрашивает Расс.

Финли что-то шепчет, но при такой громкости и его отчётливом шотландском акценте у меня нет ни единого шанса разобрать слова.

— Решать тебе, принцесса. Хочешь их спасти? Или не будем утруждаться?

Выражение лица Эйнара откровенно садистское, когда он поворачивается ко мне и наклоняет голову, заставляя встретить его неумолимый взгляд. Больше он ничего не говорит, и лишь жилка, продолжающая пульсировать сбоку на лбу, выдаёт его кажущееся спокойствие.

— Ладно, чёрт тебя дери, — выдыхаю я с низким рычанием. — Твоё желание сдохнуть — для меня закон. Доставайте колонку, может пригодиться. Дэйв, ты мне понадобишься.

Позади нарастает нервный гул, пока моё решение шёпотом передают от одного лучника к другому. Я делаю несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

— Всё для тебя, милая, — ободряюще кивает мне Дэйв.

— На этот раз твоя единственная задача — следить, чтобы у меня ни при каких обстоятельствах не заканчивались стрелы. Если понадобится, бери их из чужих колчанов. Но не дай моему опустеть даже на секунду. Извини.

— Не за что, милая. Сделаю, — он кладёт ладонь мне на плечо и сжимает его, а Эйнар пронзает его мрачно-недовольным взглядом.

— Я могу взять колонку и выманить их, — предлагает Джош, стоящий рядом с Дэйвом. — Примерно как в Пизе.

— Нет, ни за что! — одновременно возражаем мы с Дэйвом, так горячо, что почти забываем говорить тихо.

Но Эйнар смотрит на Джоша так, что мне это совсем не нравится. Словно ребёнок, увидевший очень интересную игрушку.

— Я могу их обогнать, мы это знаем. И водить за собой, пока вы не перестреляете их по одному, — быстро говорит Джош. Несмотря на храбрые слова, его тихий голос дрожит от ужаса.

— А если ты споткнёшься и упадёшь, придурок, тогда что? Как мне объяснить это Амиту? — набрасывается на него Дэйв, но Джош не успевает ответить.

— Ты храбрый человек, — говорит ему Эйнар с неприкрытым восхищением. — Твоё предложение может изменить всё. Это гораздо менее рискованно, чем если они бросятся на нас все разом, верно? Для всех участников.

Я щурюсь на него, взглядом выражая готовность взбунтоваться. Но, как бы мне ни хотелось, опровергнуть его доводы невозможно. Приходится согласиться. С точки зрения стратегии разумнее рискнуть одной жизнью Джошуа, пусть даже сильно, чем подвергать опасности всех остальных.

Мы быстро организуемся и выстраиваемся между деревьями вдоль края поляны.

Джош крадётся к орде. Затем возится с колонкой, и дрожь его рук заметна даже издалека. Внезапно воздух наполняется бодрой музыкой.

Заражённые недоумённо шевелятся. Словно смотришь, как по воде пробегает волна. Некоторые начинают отрываться от группы и направляться к Джошу.

Тут из окон наверху раздаются громкие крики:

— Оставайтесь здесь, оставайтесь здесь!

Я выдыхаю, улыбаясь с благодарным облегчением. Обитатели здания не могли придумать ничего лучше. Орда делится почти ровно пополам. Заражённые, стоящие ближе к зданию, слишком отвлечены его шумными обитателями, чтобы последовать за приманкой Джошуа.

Я выпускаю первую стрелу, и мои лучники следуют примеру, как им велено. Уже от этого залпа падают около пятнадцати заражённых. Я успеваю убить ещё троих, пока лучники накладывают новые стрелы. Джош разворачивается, ведя толпу фурий параллельно линии нашего прицела.

Наши стрелы обрушиваются на них дождём, некоторые пролетают мимо, но большинство находят намеченные стрелка̀ми цели.

Джош бежит длинными, грациозными шагами, намного быстрее даже самых резвых бродяг. Преследователей почти не остаётся, поэтому он снова разворачивается и подбегает ближе к тем, кто ещё напирает на стеклянную дверь, чтобы отвлечь их. Поняв его намерение, запертые в здании люди перестают кричать, позволяя ему привлечь всех оставшихся каннибалов и повести их за собой плотной вереницей.

Адреналин бурно разносится по телу. Думаю, он мало чем отличается от допинга, позволяя мне достигать скорости и сосредоточенности за пределами того, что кажется естественным. Его гул в крови и кайф, наполняющий сознание, вызывают настоящую зависимость. Я люблю свою новую «работу», в этом нет сомнений.