— Сила тяжести здесь невелика, но не настолько, чтобы понадобилась специальная обувь. И всё же будьте осторожны.

После долгого пребывания взаперти они немного отвыкли от открытого пространства и ступили на поверхность словно во сне. Пройдя несколько метров, остановились. Перед ними раскинулась естественная терраса на склоне грандиозного цирка — возможно, древнего кратера.

— Вот, — просто сказал Макс. — Вот она, Девил-Болл.

Странная планета, ощетинившаяся чёрными, блестящими горами под изумрудным небом. По её склонам, словно ступени рисовых террас, один над другим располагались озёра — разбитые зеркала, рассыпанные по горным уступам.

А на линии горизонта высились сотни гейзеров, выбрасывавших разноцветные фонтаны! Одни грохотали, словно органные трубы, другие рыдали с трагическим благородством. Затем их водяные султаны опадали, рассыпаясь переливчатыми облаками пара, прежде чем коснуться земли. А некоторые гейзеры словно затевали замысловатую игру, обмениваясь радужными дугами.

И ещё — широколистные растения у фонтанов. Свисающие над тихими водами гроздья пурпурных цветов. Танец лепестков, упавших в порфировые чаши. И лазурно-серебряные пряди водопадов, которые грубый гребень скал разделял на отдельные потоки. Они ниспадали по склонам, словно тяжёлые косы, лежащие на плечах гор.

Вот она, Девил-Болл.

Но это была ещё и ласковая теплота воздуха, и запах примятых цветов. А под подошвами ощущалась дрожь живой земли — романтичный, страстный пульс самой планеты.

И ещё — страх.

Да, Девил-Болл внушала страх. Она была слишком прекрасна.

Мартен стоял бледный как смерть. По щекам Белль струились слёзы. Макс украдкой взглянул на них.

— Знаю, — медленно произнёс он, словно находился в храме. — При первом знакомстве она всегда производит такое впечатление. Но со временем её начинаешь ненавидеть… Как недоступную женщину.

Он пожал плечами и повернулся к звездолёту, чья тройная антенна была направлена в зелёное небо.

Высоко над горами небольшие розовые облака с золотистой каймой неторопливо плыли на юг. Макс нахмурился, всматриваясь вдаль. Его лицо просияло, когда над горными гребнями показалась чёрная точка.

— А вот и Силбад! — объявил он.

В воздухе то и дело раздавался пронзительный свист, отдававшийся причудливым эхом. Чёрная точка быстро приближалась, превращаясь в продолговатый шар. Это был старый сидуанский летательный аппарат. Забавно растопырив три металлические опоры, он приземлился рядом со звездолётом.

Из него выбралось странное существо. Невысокий человечек, ковылявший на кривоватых, словно обручами согнутых ногах и отчаянно размахивавший руками, приветствуя прибывших.

Он заключил Макса в объятия и, задрав к нему морщинистое, заросшее бородой лицо, заглянул прямо в глаза. Под густыми кустистыми бровями искрились дружеские голубые глаза.

— Матрос! — хрипло закричал он. — Эй, матрос! Ты всё-таки приехал!

Макс громко рассмеялся, наклонился и расцеловал его в обе щеки.

— Старина Силбад, — сказал он. — Я оставил тебя ещё с седыми волосами.

— А застал уже совсем белым, верно? Стареешь, когда всё время сидишь на одном месте.

— Ты совсем не изменился.

Старик смутился и принялся теребить странный головной убор с козырьком, плотно сидевший у него на голове. Это была старая штурманская фуражка.

— Ох! — выдохнул он. — Ох… Как быстро летят годы!

Он взглянул на пару, стоявшую поодаль, и без всякого стеснения принялся разглядывать Белль.

— А ты умеешь выбирать! — заорал он.

Макс громко кашлянул, заглушая последнее слово.

— Познакомься, это Силбад, — сказал он, обернувшись к Белль. — А это Белль и её муж Мартен Боз. Они из Принцев Атрала.

— Вот как! — отозвался старик, приложив два пальца к виску. — Привет, матросы!

Они протянули руки и поприветствовали его по обычаю своей родной планеты.

— Ты узнал меня по звездолёту? — улыбнулся Макс, кивнув в сторону корабля.

— Ещё бы! Я видел, как ты пролетел между пиком Сомбр и Диадемой. Сразу подумал: только ты и решился бы на такой рискованный манёвр. Да и глаза меня пока не подводят. Большого Макса я узнаю издалека!

Силбад погладил опору звездолёта и прищурился.

— Это тот самый?

— Его брат, — ответил Макс. — Старый немного устал. Этот мне бесплатно построил Синод Эпсилонов.

— Подарок?

— Ага. За особые заслуги.

Старик издал странные звуки — целый каскад хриплого картавого смеха. Он буквально корчился от веселья. Когда наконец сумел заговорить, спросил:

— Но… но они ведь так и не узнали, что ты финансировал контрреформу?

— Ещё как узнали! Только было уже поздно. В глазах народа я успел стать героем, и отступать они больше не могли. Освобождённые рабы, вооружённые мной, окружили Храм под предлогом его защиты.

Старик снова расхохотался. Вытерев выступившие слёзы, он несколько раз хлопнул Макса по руке и покачал головой.