— Я прощу тебе эту дерзость, мулат, если ты объяснишь её веской причиной. И хорошенько подумай, прежде чем отвечать.

— Всё очень просто, — ответил Макс. — Я не из глупой бравады отказался подчиниться. Я прекрасно понимаю, что нахожусь в твоей власти. Но если бы я послушно встал, словно мальчишка, ты, может быть, и проявил бы ко мне снисхождение, но презирать стал бы ещё больше. А если я покажу хоть немного гордости, ты, вероятно, велишь меня высечь или подвергнуть какой-нибудь пытке. Зато я выиграю битву за престиж. Что же до смерти... Я слышал, как ты приказал взять меня живым.

— И зачем тебе понадобилось выигрывать эту битву за престиж?

— Потому что только так я смогу разговаривать с тобой на равных.

В толпе послышался смех. Предводитель оборвал его властным жестом:

— Я сказал: тихо!

— ...А поговорить мне с тобой позарез необходимо, — закончил Макс.

Теперь уже сам предводитель разразился громовым хохотом.

— Превосходный ответ! — воскликнул он. — Но, парень, ты, должно быть, умираешь от жажды. Ещё бы, носиться голышом под таким солнцем!

Он снял флягу с бока своего животного и протянул её мулату. Макс поднялся сам и принялся жадно пить большими глотками.

— Эй, полегче! — возмутился предводитель. — Оставь и мне немного, парень. Здесь вода на вес золота!

— Вано! — раздался чей-то голос. — Я знаю, кто этот тип с синими волосами!

Все повернули головы к человеку, которого Макс прежде не замечал. Судя по зеленоватой коже и ушам, напоминавшим крылья летучей мыши, это был метис человека и курдильца.

Странное существо протянуло к мулату когтистый палец.

— Ну, говори! — велел предводитель.

— Вано, я знаю, кто он! — повторил метис скрипучим голосом. — Это сам Большой Макс!

— Что? Большой Макс? — переспросил Вано. — Так ведь называется его звездолёт. Это мы и без тебя знаем.

Курдилец замахал руками. Его чешуйчатые веки захлопали над красными глазами.

— Нет, нет! Я хочу сказать, что это и есть настоящий Большой Макс! Название его корабля вовсе не выдумка!

Он повернулся к насмешникам и неожиданно высоким голосом взвизгнул:

— Не смейтесь, идиоты! Я встречал и других мулатов с синими волосами... и не принимал их за Большого Макса. Иногда их так называли в шутку, но все прекрасно знали...

— Докажи! — потребовал Вано.

— Да, — подтвердил метис. — Это настоящий Макс.

Снова раздался смех. Одни утверждали, что он умер триста лет назад, другие уверяли, что его никогда не существовало, а легенда, кстати говоря, наделяла его куда более внушительным ростом — целых три метра.

Вано пришлось несколько раз щёлкнуть кнутом, чтобы утихомирить толпу и дать курдильцу договорить.

Тот рассказал, что в детстве, живя в одном из предместий Ню-7, однажды увидел, как по улице проезжал всадник. Тот никак не реагировал на приветственные крики толпы и направлял своего скакуна к зданию Ассамблеи.

У незнакомца были волосы цвета лазури и повязка на щеке. Из любопытства мальчишка последовал за ним вместе с другими ребятами.

— Когда он добрался до Дворца, то заставил своего зверя подняться по ступеням, растолкал охрану и прямо верхом въехал в зал заседаний. Толпа ринулась следом. Все хотели знать, что он собирается делать. Тогда он вытащил из сумки, висевшей на седле, какой-то предмет — огромный и тяжёлый. Поднял его над головой. Это была голова дракона, последнего дракона Ню. Он закричал: «Я только что вышел из больницы, господа. Судя по вашим лицам, вы этому не слишком рады. Надеялись, что я там умру? Ну так смотрите!» Он сорвал повязку, и все увидели молниевидный шрам, тянувшийся от виска до подбородка. В другой руке он всё ещё держал голову дракона. Повернувшись к толпе, заполнившей общественные галереи, он крикнул: «Разве я не заслужил награды?» Толпа ответила восторженными криками. Тогда он добавил: «Ваши избранники пытались отравить меня в больнице! Я требую вдвое больше!» Встав на стремена, он раскрутил голову дракона, держа её за гриву, и швырнул прямо на стол председателя. А затем, пока в зале царил хаос, сорвал хрустальную люстру с бриллиантами и помчался к боковому проходу, высоко подняв её над головой — точно так же, как перед этим держал свой трофей. Добравшись до верхней площадки лестницы, он раскрутил люстру тем же движением и крикнул: «Народу!» Люстра покатилась вниз по ступеням, рассыпая драгоценные камни. Толпа бросилась собирать добычу.

Курдилец раздвоенным языком облизнул губы и посмотрел на Макса.

— Это он. Я узнаю шрам. И браслет тоже. Я до сих пор отчётливо помню эту золотую руку, высоко поднятую над головой с люстрой, когда он стоял на верхней площадке лестницы!

Вокруг Макса воцарилась тишина. На его губах играла ироническая улыбка.

Вано спросил:

— Это правда?

Макс кивнул.

Вано поочерёдно посмотрел на мулата и курдильца.

— Но... — замялся он. — Ты ведь гораздо моложе, чем был тогда.