— Трусы! — орал Силбад. — Трюмное отребье! Развяжите меня, и я разделаюсь с вами по одному!

Гаммиец, чьё лицо было усеяно прыщами, сунулся к нему почти вплотную:

— Не ори так, дедуля, а то бороду сдует!

— А от тебя, свинья, несёт старой мегерой с Волпиды! На тебя и смотреть дважды не надо, чтобы понять: кости у тебя давно сгнили! Я бы тебя на куски разорвал!

Прыщавый гаммиец побагровел и поднял кинжал с треугольным лезвием, но его удержали сообщники.

— Вано запретил, — сказал тот, кто, по-видимому, был здесь главным. — Отведите его вдвоём в Сомюр.

Другие полезли в машину. Перегруженный пятью пьяными в хлам головорезами, упившимися коскoм, гусеничный вездеход затрясся и покатил на север. В насмешку Силбаду натянули кепку так, что козырёк закрыл ему глаза.

Через три четверти часа вездеход остановился, и Силбада вытащили наружу. Он несколько раз моргнул, ослеплённый солнцем, и пошатнулся на ногах, искусанных верёвками. Руки ему так и оставили связанными за спиной.

Они стояли на краю Ступеней Великана. Огромные уступы и обрывы спускались к Сомюру, словно ступени фантастического Колизея. Внизу неподвижное море напоминало огромную плиту сланца. На противоположной стороне уступы плавно поднимались к самому горизонту.

Прыщавый гаммиец предложил спуститься на вездеходе по извилистым дорогам, образовавшимся в результате обвалов. Остальные сочли его безумцем и отказались.

Крошечная процессия двинулась вниз зигзагами, переходя с одной террасы на другую. То они пользовались осыпными конусами, то пробирались по косым расщелинам, а на самых трудных участках карабкались по грубым деревянным лестницам.

Проходя мимо пещер, горизонтально уходивших в скалы, Силбад уловил запахи животных и услышал звуки, напоминавшие скотный двор. Когда они добрались до одной из таких пещер, отряд свернул и прошёл под её сводами. Старик увидел нескольких животных с длинными шеями. Они стояли на коленях среди сухой травы.

— Чтоб мне лампуаром по башке! Да неужели это дромы?!

— Угадал, дедуля! — отозвался чей-то голос. По невежественной грубости он напоминал завсегдатаям сидуанских притонов.

Разозлившись на самого себя за то, что нарушил принятое решение хранить оскорблённое молчание, старик крепко стиснул зубы.

Дромы! Живых дромов он никогда прежде не видел. Только окаменевшие останки в толще скал. А тут — живые!

Что же до этих молодчиков, то их происхождение Силбад давно уже разгадал. Не нужно было быть большим знатоком, чтобы узнать характерные полосы на некоторых плечах — следы плётки из каторжных лагерей Саважа. Или позорные татуировки с каппийскими номерами под ногтями. Или рубцы от застарелых язв вокруг лодыжек — там, где когда-то впивались кандалы Дзэты.

Всё это несло запахом межзвёздного пиратства и галер, грабежей, виселиц и флибустьерства. Бог знает, каким образом эта космическая падаль оказалась здесь!

Несколько раз они сворачивали в тёмные наклонные коридоры и снова выходили на солнечный свет, но уже тремя ярусами ниже.

Однообразный, изнурительный спуск продолжался ещё целый час. Наконец они достигли последнего уступа, который возвышался над Сомюром ещё на пятьдесят метров. В расщелинах скал чахло несколько мхов и колючих кустарников. В скале зияло несколько входов. Один из них представлял собой широко раскрытый рот гигантской человеческой фигуры, исполинской статуи, наполовину разрушенной временем.

Силбада втолкнули в этот тоннель, стены которого были уставлены чадящими факелами. Небольшие группы мужчин, развалившихся прямо на земле, перестали играть в бабки и принялись отпускать насмешки. Старик не удостоил их даже взглядом.

Его провели через лабиринт лестниц и коридоров, где раздавался мерный скрежет механизмов. Выйдя в сводчатый зал, Силбад увидел большое беличье колесо, которое медленно вращали люди с потухшими глазами. Колесо было соединено с норией, из которой вода стекала в желоб. В воздухе стоял сильный запах соли.

После нескольких поворотов по пещерам Силбада втолкнули в тёмную комнату. Дверь захлопнулась за его спиной.

— Чтоб мне лампуаром по башке, Силбад! — выругался голос Макса. — Ну зачем ты вышел?!

Услышав знакомый голос, старик почувствовал, как у него потеплело на сердце.

— Так ты здесь! — воскликнул он, широко раскрыв глаза и пытаясь разглядеть собеседника.

Но Макс уже обхватил его за плечи.

— Старый безумец! — укоризненно произнёс он. — Надо было меня дождаться!

— Болтай, матрос. А что бы ты сделал на моём месте?

Силбад поднял глаза к высокому проёму, откуда в комнату проникал косой луч света.

— Похоже, эти шершни обнаружили вход в какой-то древний город!

— Если бы не обнаружили, давно бы уже передохли. Ты видел обломки корабля?

Старик удивлённо переспросил:

— Какие ещё обломки? Эти паразиты натянули мне кепку на глаза!