— Ваша светлость будет спать спокойно и есть вдоволь. Не желаете горячей воды? — спросил трактирщик, понизив голос. — У меня также имеется дополнительная услуга для особых гостей. В стоимость номера включено эксклюзивное и очень приятное развлечение. Джентльмены обычно им пользуются. Персонал молодой и чистый, без болезней, симпатичный. Если захотите выбрать группу, то на вторую предоставляется большая скидка, а на третью — ещё большая. Для более чем трёх женщин-сотрудниц плата действительно минимальна. Не хотели бы вы воспользоваться?

Однако Аргон немедленно и твёрдо отказался от этого развлечения, заказав еду и горячую воду .

— Остатков еды будет достаточно, чтобы накормить слугу?

— Хватит, — холодно ответил Аргон.

Сразу после этого трактирщик проводил их в отведённую для них комнату в конце длинного коридора.

Это место и близко не могло сравниться с апартаментами Аргона во дворце, но оно было достойным и, на первый взгляд, чистым. В комнате стояла только одна кровать, хотя и довольно просторная, с внушительным балдахином, несколько предметов антикварной мебели, почти наверняка украденных, большая цинковая ванна и, за ширмой, даже уголок, отведённый под туалет. Повсюду стояли свечи из белого воска, а не застоявшийся жир от какой-то неизвестной туши.

Хозяин постоялого двора сообщил, что слуги скоро принесут горячую воду и еду , а затем исчез.

Когда они остались одни, Гея сняла капюшон. Она с любопытством огляделась.

— У них даже есть горячая вода?

— Видимо, у них есть подземный источник, из которого и берут воду , поставляя только тем, кто платит .

— И они не делятся ею с теми, кому она нужна?

— Не думаю.

Гея села в маленькое кресло, обитое жёлтой тканью.

— Я… я буду спать здесь? — снова спросила она.

— Хочешь отдельную комнату? Было бы очень странно. Хозяин уже, кажется, удивился, что я не разрешил своему прислужнику спать в конюшне. Вдобавок к тому , что я отказался от оргии со скидкой, у него, должно быть, сложилось впечатление, что Патронус предпочитает заниматься сексом со своим слугой. — Он произнёс это с полным безразличием, словно ему было всё равно, что подумает хозяин постоялого двора.

— Оргия? — Гея тут же покраснела. — Он упомянул эксклюзивные развлечения и молодых, чистых сотрудников…

— Именно, — согласился Аргон с тем же безразличием, что и раньше. — Шлюх.

Гея широко распахнула глаза, как всегда, когда смущалась.

— И здесь предлагают вот это… такое обслуживание, вместе с номером, как… словно комплект чистых полотенец?

— Не всем. Это услуга класса люкс, особенно если проститутки не больны.

— Но это ужасно!

— Зависит от точки зрения, Соплячка. Кому-то может понравиться.

— А ты… ты…

— Ты спрашиваешь меня, нравятся ли мне оргии? Не слишком ли это личный вопрос?

— Ты спросил меня, девственница ли я! — выпалила Гея, явно смущённая воспоминанием об этом дерзком вопросе.

— Вообще-то, это правда, хотя я спрашивал не из любопытства, а по определённой причине. В любом случае, чтобы быть честным, да, мне нравятся оргии. Но не сегодня ночью.

Она продолжала смотреть на него, недоумевая.

— Но… как ты это делаешь?

На лице Аргона расплылась хитрая улыбка.

— Делаю. Уверяю тебя, делаю.

— Я… я не это имела в виду! Хочу сказать… ты влюблён во всех женщин, с которыми…

Аргон широко рассмеялся.

— Влюблён? Думаешь, чтобы заниматься сексом, нужно быть влюблённым?

— Да!

— Уверяю тебя, всё работает даже без любви. На самом деле, я думаю, любовь испортила бы большую часть удовольствия.

— Но…

— Но ничего. Прекрати. Я отказался от любезного предложения трактирщика. Никаких сотрудниц, даже по специальной цене.

В дверь постучали. Аргон кивнул Гее, и она снова надела капюшон. Через мгновение вошла длинная вереница слуг . Каждый нёс огромное ведро, из которого поднимались чистые клубы пара — знак того, что внутри очень горячая вода. В полной тишине, следуя один за другим, слуги выливали воду в ванну . Люди выглядели испуганными, они смотрели вниз, словно боялись, что взгляд Патронуса испепелит их, как дракон. Наполнив ванну водой, в неё сразу насыпали душистой соли. Последний слуга, должно быть, более высокого ранга, чем те, кто несли воду , вошёл последним с большим подносом и поставил содержимое на стол. Сразу стало ясно, какое блюдо предназначалось для почётного гостя, а какое, гораздо более жалкое, — для слуги. Затем после одновременного поклона, все ушли.