Когда пальцы проникли внутрь, она ахнула. Сокрушительная нежность — та же рука, способная разорвать плоть, теперь терпеливо раскрывала её ласками, заставляя дрожать. Большой палец нашёл чувствительную вершину и медленно закружил; Кассия выгнулась навстречу с неудержимым стоном.

Его губы коснулись живота. Тёплые. Неспешные. Арк двинулся ниже: выступ бедра, мягкая кожа с внутренней стороны. Каждое касание гнало жар перед его ртом, её тело в предвкушении сжималось вокруг пальцев. Теперь Кассия чувствовала тёплое дыхание у самого лона, и все нервы собрались там в ожидании.

Когда его рот наконец достиг цели, мир сузился до медленного, сокрушительного движения языка.

Она вскрикнула; одна рука взлетела ко рту, другая впилась в волосы Арка, найдя основание рогов. Кассия сжала их, и он застонал у её лона. Нашёл напряжённую болезненную точку, заставлявшую её дрожать, приподнял языком и стал обводить круг за кругом, пока её бёдра не затряслись. Когда Кассия приблизилась к краю, он остановился и поцелуями поднялся по животу, рёбрам, округлости груди. Губы сомкнулись на соске — тёплые, твёрдые, зубы слегка царапнули, — и её спина оторвалась от кровати. Из горла вырвался крик.

Он медленно поднялся, прижавшись грудью; вес согревал и удерживал её в настоящем.

— Ты восхитительна, — прошептал он ей на ухо сорванным, хриплым голосом. — Я так сильно тебя хочу, что это меня разрушает.

Её дыхание сбилось. Кассия потянулась к нему, нашла рог и провела по рельефному изгибу от кончика до основания. Всё его тело содрогнулось — глубокой дрожью, которую она чувствовала в каждой точке соприкосновения.

— Ты всегда так реагируешь, — поражённо прошептала она.

Он стиснул челюсть так сильно, что заходила мышца.

— Они чувствительны только к твоему прикосновению. — Голос едва не распадался. — А ты продолжаешь трогать их так, словно намерена уничтожить меня.

Она снова медленно и намеренно погладила основание рога, и его глаза закрылись.

— Возможно, так и есть.

В груди Арка прокатился рык, он прижался бёдрами. Давление вырвало у неё вздох. Кассия чувствовала сквозь брюки его твёрдое напряжение, и знание о том, как сильно он её желает, пролилось жидким жаром между бёдер.

Ноги инстинктивно раздвинулись. Она протянула руку и коснулась его.

— Пожалуйста, — прошептала Кассия. — Я хочу тебя сейчас.

Он медленно отстранился, и потеря тепла оказалась мучительно острой. Арк встал у края кровати и начал раздеваться — каждый сброшенный слой был уступкой, которой он не делал никому. С каждым предметом одежды исчезало его самообладание.

Пока не осталось ничего, за чем можно спрятаться.

Он был прекрасен. Полностью обнажённый для неё. Только для неё.

Тёмные завитки, которые она замечала у ключицы, простирались гораздо дальше: двигались на глазах, спускались по груди, обвивали рёбра, закручивались на животе медленными пульсирующими спиралями. Сужались у бёдер и двумя дугами устремлялись внутрь, очерчивая V-образную линию внизу живота.

Она не могла отвести глаз. Не разрывая зрительного контакта, Арк обхватил себя рукой и один раз медленно, намеренно провёл по всей длине. Его пальцы вокруг напряжённой плоти, пульсирующие под хваткой узоры, сжатая челюсть — это зрелище лишило её дыхания. Он повторил ещё медленнее, и вырвавшийся стон отозвался внизу её живота.

Кассия не могла просто смотреть. Не хотела просто смотреть.

Её ладонь накрыла его руку. Арк замер и ослабил пальцы, уступая ей. Когда Кассия обхватила его — тёплая кожа, твёрдый жар, — мышцы живота напряглись. Она провела рукой раз, другой, большим пальцем следуя одной из спиральных линий.

Он откинул голову с низким, разбитым стоном. Кассия видела, как поднимается грудь, как с дыханием движутся узоры. Затем он опустился.

Арк встал на колени между её бёдер и развёл их.

— Всё ещё уверена?

Она кивнула.

Он упёрся в её вход и вошёл. Кассия вскрикнула, запрокинув голову. На одно мгновение тело сжалось и воспротивилось, затем уступило, мучительно медленно принимая его дюйм за дюймом. Она чувствовала всё: тупое давление, жжение, глубокое вторжение, когда он вошёл до конца. Из груди вырвался звук — наполовину вздох, наполовину всхлип, — и Арк немедленно замер, тяжело дыша.

— Кассия. — Её имя прозвучало разбитой молитвой. — Скажи мне.

— Не останавливайся. — Она впилась ногтями ему в плечи. — Пожалуйста. Мне нужно…

Он двинулся.

Каждый медленный толчок входил глубоко и намеренно, похищая воздух из лёгких. За закрытыми веками вспыхнули звёзды. Кассия чувствовала взгляд на лице — пылающий, следивший за каждым вздохом и каждым беспомощным звуком. Его рука скользнула между ними, большой палец нашёл влажную вершину там, где соединялись тела, и закружил в такт движениям.

Толчки были медленными, но наслаждение росло быстро и свирепо, сворачиваясь тугой пружиной внизу живота.