Его ладонь поднялась и легла на её щёку — тёплая, ровная, уверенная. Кассия резко вдохнула и повернула взгляд как раз в тот момент, когда Арк наклонился и прижался губами к её губам.

Его рот двигался с тихой сокрушительной силой, обходившей мысли. Её губы ответили так, словно ждали — нет, нуждались — в этом. И Кассия поняла, как сильно изголодалась по прикосновению, которое ничего не требует, только предлагает. Словно Арк говорил: «Позволь мне понести это за тебя. Хотя бы мгновение. Позволь стать местом, где не больно».

В горле застрял звук. Пальцы сжали его пальто, притягивая ближе. Поцелуй стал глубже — щедрым, лишающим дыхания. Кассия подалась к нему, к теплу и весу его тела, к надёжности рук: одна всё ещё держала её щёку, вторая легла на поясницу, не давая рассыпаться.

И, возможно, она рассыпалась бы, отпусти он её.

Несколько минут назад начался дождь, но Кассии было всё равно. Его губы и прижатое к ней тело согревали, дарили безопасность. Мир вокруг затих — только слабое шипение капель на камне и неровный звук их дыхания.

Разомкнув губы, она не отступила. Он тоже.

— Мы ведь начали с простого союза? — наконец сказала Кассия. Притворяться больше не имело смысла. — Как он превратился… во всё это?

Арк помолчал, проводя большим пальцем по её скуле.

— Ничто ни во что не превращалось. Это всегда было между нами и лишь ждало, когда мы перестанем притворяться.

В груди выросла острая боль. Кассия снова потянулась к нему. Арк встретил её на полпути. Сначала соприкоснулись лбы — словно что-то внутри требовало последней паузы перед капитуляцией.

— Пойдём со мной домой?

Золото его глаз вспыхнуло. Ответ состоял из одного уверенного слова:

— Да.

Дверь дома щёлкнула, закрываясь. В то же мгновение его ладони обхватили её лицо, и Арк снова поцеловал Кассию. Медленно, глубоко. Требовательный поцелуй хранил всё благоговение ателье и необузданное обещание дождливой улицы. Больше не требовалось слов. Ни испытаний, ни поисков.

Только желание.

Его губы были тёплыми и уверенными, на вкус — жар и отброшенная сдержанность; тело Кассии залило ответной волной. Она прижалась ближе, ощущая силу его груди и низкий рокот в горле, когда поцелуй углубился.

Её пальцы запутались в складках его пальто и стянули его с плеч, пока Арк тянулся к её талии. Кассия ахнула ему в рот, обвила руками шею, а он прижал её спиной к двери.

— Скажи «нет», — прошептал он, — и я остановлюсь. Скажи что угодно — я послушаю.

Она обхватила его челюсть, большим пальцем провела по ложбинке под губой.

— Не останавливайся.

Он внимательно изучил её лицо, словно желая убедиться. Затем снова поцеловал — теперь глубже.

— Спальня? — выдохнул Арк ей в губы.

Кассия кивнула.

— Ты знаешь, какая дверь.

Не отрывая губ, он отстранился лишь настолько, чтобы пробормотать:

— Я должен спросить: нам нужно предохраняться?

— У меня есть средство, которое можно принять после, — прошептала она.

Он сжал её бёдра и поднял одним плавным движением. Кассия ахнула, крепче обхватила его за плечи и инстинктивно сомкнула ноги вокруг талии. Между ними нарастал жар, пульсируя с каждым его шагом по коридору.

Анук лежал в центре кровати, поджав лапы и напоминая аккуратный каравай. Едва Арк переступил порог, кот зашипел, одарил их возмущённым взглядом, эффектно взметнулся облаком шерсти и исчез в коридоре.

Арк не потерял ни секунды. Захлопнул дверь ногой и опустил Кассию на край кровати. Его пальцы нашли пуговицы — теперь менее уверенные, более торопливые. Блузка соскользнула с плеч, следом бельё. Куда бы ни тянулись его руки, её тело выгибалось навстречу. Кассия отползла назад и увлекла его за собой. Он остановился, когда голова оказалась чуть ниже её груди, а дыхание согрело живот. Стянув юбку и бельё с её бёдер, Арк поднялся на колени и посмотрел на неё. Лунный свет из окна очерчивал талию и вздымавшуюся грудь. Его ладонь зависла над бедром, пальцы дрожали.

Этот мужчина без колебаний запечатывал проклятые реликвии — и дрожал из-за неё.

Затем он склонился и медленно, благоговейно поцеловал внутреннюю сторону её лодыжки. Икру. Колено. Бедро. Кассия ахнула, когда он осторожно развёл её ноги, оставляя губами огненный след по коже; тёплое дыхание дразнило там, где она пульсировала от желания.

Бёдра приподнялись. Он поймал их и удержал неподвижно, когти вдавились в мягкую кожу у тазовых костей десятью точными остриями, ни одно не прорвало поверхность. Одна рука скользнула между ними, и Кассия почувствовала перемену прежде, чем увидела: под кожей прошла слабая рябь, когти втянулись, оставив гладкие кончики пальцев. Превращение было плавным и инстинктивным, словно его тело уже знало, что требуется её телу.