В памяти вспыхнула его контора — строгая, уравновешенная, продуманная. Все линии чистые. Каждый артефакт на своём месте. Энергия текла по ней, словно ветер сквозь тростниковую флейту: свободно и сосредоточенно.

Её дом был… полной противоположностью.

Многослойным. Книги стояли на каждой полке в два ряда. По краям выстроились засушенные цветы в старых чайных банках. С потолочных крючков свисали травы, кухонные шкафы теснились разномастными кружками. В углах мерцала магия — старая, тёплая, вплетённая в дерево. Остатки материнского колдовства, земного и тихого, расползались по дому подобно вьющимся растениям.

Кассия заметила, как Арк осматривает комнату. Пульс затрепетал.

— Тебе… здесь невыносимо?

Он повернулся к ней, подняв бровь.

— Невыносимо? С чего бы?

— То есть… — она широко обвела рукой всё вокруг, — ты работаешь там, где магия течёт идеальными кругами. А здесь скорее… спирали. Петли. В лучшем случае организованный хаос.

Он немного помолчал, вбирая взглядом её дом.

— У твоей магии иная природа.

— Пребывание в ней тебя ослабляет?

— Нет. — Он снова встретил её взгляд. — Но она просит о другом.

— О чём?

— В моём пространстве энергия слушается и подчиняется. Здесь… — уголок его губ приподнялся. — Здесь она хочет огрызаться.

Кассия рассмеялась.

— Ну да. Уже тридцать лет это дом ведьмы. Полагаю, у него есть собственное мнение.

— Не удивлён.

Она провела его на кухню. В свои владения. В своё святилище, где алхимия муки и масла решала любую проблему. В свой храм, где кипящий на плите суп был ежедневной молитвой. В свой кабинет, где резкие чистые линии ножа на разделочной доске проясняли мысли лучше любых таблиц. И теперь здесь находился Арк. Широкие плечи заполняли дверной проём, тихая энергия вытесняла воздух, от чего кухня одновременно казалась слишком маленькой и живее, чем за многие годы.

Грибной суп, который Кассия зачаровала разогреваться примерно за двадцать минут до их приезда, тихо кипел на плите. А тарт — тот самый тарт — уже грелся в печи, наполняя воздух ароматом карамелизованного лука и козьего сыра.

— Сегодня только суп и тарт, — сказала она, доставая из шкафа две миски. — Но я добавлю салат и десерт.

— Только суп, тарт, салат и десерт? — Он посмотрел на неё. — Ты поднимаешь планку всё выше. Я не жалуюсь.

Из неё вырвался почти восторженный смешок. Кассия спрятала улыбку, открыв духовку. Кухню затопили волна жара и насыщенный аромат сливок с травами. Тарту требовалось ещё восемь минут, чтобы как следует зазолотиться.

Арк встал рядом и закатал рукава.

— Чем помочь?

Кассия протянула ему пучок редиса.

— Нарежь тонко, пожалуйста. Как лепестки.

Он забрал редис из её пальцев, не разрывая зрительного контакта.

— Понял.

То, как он занимал кухню, казалось намеренным: близко, внимательно, настроившись на каждое её движение. Арк предугадывал Кассию без подсказок — отступал, когда она тянулась к чему-то, сдвигался, когда поворачивалась. Она мешала суп одной рукой, другой слегка опиралась о столешницу и остро сознавала, насколько близко его предплечье, как трепещет живот каждый раз, когда рукав его рубашки касается её рукава.

Теперь половник мешал сам, освобождая ей руки. Кассия потянулась за тарелками и случайно, едва заметно задела его пальцы. Пульс подскочил, и на мгновение она совершенно забыла о еде.

Анук, всегда безупречно выбирающий момент, запрыгнул на столешницу с требовательной трелью.

— Даже не думай, — предупредила Кассия, коснувшись пальцем холодного розового носа. Кот удостоил её холодным презрением, затем повернулся к Арку и резко мяукнул.

— Полагаю, это требование дани, — торжественно произнёс Арк, не сводя глаз с кота.

— Ему нельзя на столешницу, но он всё равно сюда прыгает.

— Теперь ты обязана дать ему желаемое. — Арк посмотрел на неё с невозмутимым лицом. — Иначе он обвинит меня.

Она фыркнула.

— Это кот. Он обвинит тебя в любом случае.

Арк изучал кота, который теперь с показным безразличием умывал лапу.

— Он уже что-то замышляет. Я чувствую.

Кассия рассмеялась, наклонилась и налила Ануку немного сливок в блюдце. Кот довольно принялся лакать.

Суп аппетитно булькал на плите. Кассия движением запястья погасила огонь и вынула тарт из духовки в облаке сладко-солёного пара. Аромат поплыл по кухне знакомыми чарами. Пока Арк накрывал на стол, она разрезала тарт на ровные куски. Салат был готов быстро: масло, уксус и щепотка соли. Затем Кассия перенесла всё на стол. Следом отправился суп — бархатистый грибной, разлитый по зачарованным керамическим мискам, сохранявшим тепло.

Когда они наконец сели за стол, освещённый свечами и отсветами очага из гостиной, Кассия позволила себе выдохнуть. Трапеза была простой, но бытовая обыденность ощущалась глубоко и опасно интимной.