— Ладно, от всех этих размышлений я проголодался. Пойдём пообедаем. За едой и решим, как разорвать неразрывный договор о покупке магически враждебного приюта.

Кайус всё ещё задумчиво разглядывал руку Арка и издал весёлый звук.

— Согласен. Я слышал, в Малой Минеоле, всего в получасе езды от города, есть превосходная пекарня, где одна занятная кухонная ведьма насыщает свои творения магией. — Он склонил белокурую голову; бледно-голубые глаза блеснули. — Как же она называется?

Выражение лица Арка не изменилось.

— Не припомню.

— «Колдовская мука», — слишком поспешно подсказал Роудс.

Кайус щёлкнул пальцами.

— Именно. Магическая выпечка твоей Избранной вполне может ускорить исцеление.

Арк придвинул к себе том и покачал головой, твёрдо намереваясь продолжить работу.

— Я сам поправлюсь, благодарю.

Кайус цокнул языком и скрестил руки.

— М-м. Понятно. Может, нам с Роудсом съездить и сообщить ей, что ты получил ранение при исполнении? Кухонные ведьмы обычно превосходные целительницы. Наверняка она захочет тебя увидеть.

— И позаботиться о тебе, — подхватил Роудс.

— И исцелить.

— И накормить — будем надеяться.

Арк замер. Разумеется, насмешки были рассчитаны заранее: ловушка, расставленная двумя мужчинами, у которых было двадцать пять лет, чтобы отточить искусство направлять его к тому, чего он сам не желал признавать.

И будь они прокляты, это срабатывало. Каждый раз.

Потому что, если честно, ему было любопытно. И он не вполне понимал, что именно хочет увидеть: её пекарню или… её саму.

Пока его пальцы барабанили по столу, Кайус подмигнул, наклонился к Роудсу и произнёс достаточно громко, чтобы Арк услышал:

— Дай ему время подумать.

Арк медленно выдохнул. Будьте вы оба прокляты Бездной.

— …Ладно.

Роудс ухмыльнулся.

— Отлично. Мне хочется чего-нибудь сладкого.

Губы Кайуса изогнулись.

— О, уверен, нам всем. Идёмте, я поведу.

Арк встал и перекатил перчатки между пальцами. Встречи с Аурой Кассией сегодня в его планах не было. Следуя за друзьями к двери, он понял, что в этом и заключается проблема: ничто, связанное с ней, никогда не входило в его планы.

И всё же почему-то эта мысль не казалась совсем уж неприятной.

8

КАССИЯ

Ручные пирожки в печи «Колдовской муки» уже должны были подрумяниться, но не подрумянились.

Кассия вздохнула. День с самого начала пошёл наперекосяк, и дальше становилось только хуже.

Сперва она проспала. За окном моросил дождь, и покидать постель совершенно не хотелось, а Анук свернулся у неё на груди и мурлыкал. Кот был таким тёплым и мягким, что она проспала бы ещё час, если бы он не принялся топтать ей живот — весьма прозрачное напоминание, что и ей пора месить тесто.

Потом эта влажность, необычная для зимы. Холод Кассии не мешал, но от сырого воздуха с её кудрями всегда творилось что-то странное. Сегодня они разбушевались особенно сильно: непокорный рыжий нимб не поддавался ни лентам, ни шпилькам. Ей едва удалось стянуть волосы в свободный узел, прежде чем накинуть плащ и выбежать из дома. Стоило завернуть за угол к «Колдовской муке», как мимо пронёсся автомобиль и окатил её ледяной водой с улицы.

Но настоящая жемчужина этого утра ждала в почтовом ящике пекарни: очередной отказ, на этот раз от «Ивового очага» — ковена, который, как она искренне верила, мог дать ей шанс. В их брошюрах говорилось о поддержке молодых ведьм, развитии магических способностей и верности традициям без исключений. На первом месте — сообщество, двери открыты для ведьм смешанного происхождения.

Она, как дурочка, позволила себе надеяться.

Письмо аккуратно уничтожило надежду. «Хотя мы рады видеть вас на наших специальных мероприятиях, для полноправного членства необходима более тесная связь с родословной».

Кассия получала отказы много раз, но этот ранил особенно больно.

Однако разочарование не наполнит витрины выпечкой. Она выдохнула и продолжила работу, не впервые жалея, что денег на помощника нет. Двигаясь по помещению, которое всегда было и убежищем, и обязанностью, Кассия понимала: как бы ей сегодня ни хотелось провести весь день в постели, привычный распорядок и знакомая обстановка нужны ей ещё сильнее.

Несколько лет назад она попыталась взять в этот день выходной и провести его, свернувшись под одеялом, полагая, что дома станет легче.

Не стало.

А вот в пекарне — готовить, печь, видеть улыбки посетителей… это помогало.