— Я знаю, что он сказал. Хочет, чтобы меня положили под нож, и я не возражаю. Я только и ждал, пока ты приедешь.

— Теперь я здесь, так что не будем терять время. Давай приведём тебя в порядок и вернёмся на север.

Туда, где мы сможем нанять лучших специалистов, где он будет чувствовать себя комфортно в собственном доме и где я смогу за ним присматривать.

— Мне ещё нужно связаться с мамой. Она…

— Адам и доктор уже ей позвонили, не волнуйся. Перед операцией я должен кое о чём тебя попросить, kamari mou («моя гордость»). Это очень важно. Ты должна кое-что для меня сделать прямо сейчас. Это крайне необходимо, особенно на случай, если я не выкарабкаюсь.

— Не говори так! — Теперь я уже не в силах сдерживать слёзы.

— Мы должны быть готовы к худшему. Именно поэтому я хочу попросить тебя об одной услуге.

Непослушные седые волосы прилипли к его влажному лбу. Наверное, он собирается попросить меня позаботиться о его маленькой собаке Афине, которая живёт у него дома в Коннектикуте.

— Конечно, папа. Всё, что угодно.

— Ты должна сегодня поговорить с командой. После гонки.

В его голосе слышится напряжение, которое он не в силах скрыть. И уж наверняка он понимает, что гонка почти закончилась.

— Что? — Я хмурюсь.

— С командой. Я хочу, чтобы они узнали обо мне и моём состоянии от тебя. Сегодня. Как можно скорее.

— Хорошо, я могу это сделать.

Мне совсем не хочется, но я понимаю, почему он просит меня поговорить с ребятами. Я его единственный ребёнок, а многие сотрудники, работающие с ним уже долгие годы, стали мне почти родными. Я выросла среди них и сама работала с ними, когда проходила стажировку. В горле встаёт ком.

— И ещё кое-что.

Он кашляет, и я поглаживаю его по руке.

— Может, позвать врача? — Я испуганно распахиваю глаза, когда его сотрясает несколько резких приступов кашля.

Когда приступ проходит, отец делает несколько глубоких вдохов, поднимает палец и качает им из стороны в сторону.

— Всё нормально.

— Ничего не нормально! — Я сжимаю его пальцы, словно пытаюсь передать ему хоть немного своей силы и здравого смысла.

— Тише. Просто немного першит в горле из-за кислорода.

— Как думаешь, может, нам стоит попытаться перевезти тебя в Нью-Йорк для операции? — Мои мысли уже бегут вперёд: там ты будешь ближе к семейному дому в Коннектикуте.

Он качает головой.

— Врачи говорят, что времени нет. Они едва разрешили мне дождаться твоего приезда. Это отличная больница, и я доверяю доктору Пателю. Он ведь окончил Гарвард, знаешь ли.

Я тяжело вздыхаю. Этот сердечный приступ — следствие долгих дней на трассе, давления, связанного с необходимостью побеждать в Formula World, и всего этого кочевого, безумного образа жизни. Для мужчины вдвое моложе отца он вполне приемлем, но не для него. Нам предстоит серьёзно поговорить о его здоровье, но сейчас не время.

Я несколько секунд смотрю на него.

— О чём ещё ты хотел меня попросить?

— Теперь, когда твои обязательства перед прежней компанией закончились… — Он снова начинает кашлять.

Что ж, это весьма вежливая формулировка. Технически мои обязательства закончились после того, как меня настолько достала ситуация с сексуальными домогательствами в компании, что я опубликовала в Твиттере фотографию одного из руководителей, который отпускал в мой адрес грязные комментарии. Я рассчитывала, что увольнение грозит ему, но нет. В итоге наказали именно меня — за то, что я «вынесла внутренние дела компании в социальные сети». И никого не волновало, что я месяцами пыталась добиться внимания генеральных директоров. Но это всего лишь подробности, которые теперь остались далеко в прошлом и совершенно не имеют значения.

— Я хочу, чтобы ты взяла на себя руководство командой, пока я не поправлюсь. Доктор Патель сказал, что мне, возможно, придётся пропустить как минимум несколько гонок.

— Нет, нет и ещё раз нет. Я не готова руководить всей командой. И я останусь здесь, пока ты не выйдешь из операционной. Тебе наверняка придётся пропустить больше нескольких гонок. Это ведь не какая-то пустяковая процедура.

— Милая, после этой чёртовой операции я либо выживу, либо умру, и твоё присутствие здесь никак на это не повлияет. Ты работала в компании, которая разрабатывает гоночные видеоигры, — ими пользуется большинство пилотов для тренировок в межсезонье. У тебя прекрасное деловое чутьё, и ты знаешь этот спорт вдоль и поперёк. Ты с самого детства бывала на трассах Formula World.

— Но это же не значит…

Он не даёт мне договорить, отметая любые возможные возражения.

— Следи за финансами и поддерживай боевой дух команды. Ты будешь моими глазами и ушами. Представительным лицом. Команда и без того работает как часы. Давай несколько интервью, произнеси пару вдохновляющих речей. Я не хочу, чтобы у команды возникло ощущение вакуума власти, а пресса должна знать, что наша семья по-прежнему всем руководит.