А то, что скажут в высшем свете, его не беспокоит? Даже если я виновна, к Рубиновым тоже будет жуткое отношение. Ведь где это видано вот так девушку посадить!

А Вальмонт? Дракон за себя постоять не смог! Позорище хлипкое.

Да и какая у меня магия? Даже не раскрылась еще. Что я могла с этим оболтусом в шелках сделать?

Нет я, конечно, втайне надеюсь, что каким-то чудесным и неведомым мне способом в полудреме оторвала ему всё, что не так висело, но всё же…

После скудной еды стражник сообщает, что мне разрешено свидание. Жду папу или адвоката, но визитером называют… Вальмонта!

Явился собственной гнилой персоной.

Гадать не приходится. Он пришёл позлорадствовать. Жестоко наказал меня за отказ, обесчестил, в довесок свободы лишил из-за уязвлённой гордыни.

Первый порыв – отказаться от встречи с ним. Не дать поглумиться и насладиться его гнусной победой.

Но где-то на периферии сознания мелькает мысль: вдруг, поговорив, получу ответы. Вдруг уговорю прекратить это безобразие.

Если ему действительно достаточно моего унижения, я выдержу. Пусть насладится своей маленькой победой, если после этого отпустит меня. Плевать на него. И мне уже почти всё равно на позор.

Родителям и сестре будет тяжело теперь при любом раскладе. Слухи о моем аресте просочатся ещё хуже, чем после надругательства. Так что пускай Вальмонт станцует уже на костях. И мы с ним разбежимся в разные стороны. Он торжествовать, а я в город, подальше от этой гнили. Ради этого я готова даже наступить на гордость. Наверное. Я сама себе не верю…

Но даю согласие и меня ведут к нему.

Вальмонт стоит у окна комнаты начальника казаматов. Молодой, невыносимо красивый и тошнотворно наглый. Дракон с улыбкой победителя и вершителя судеб.

- О, а вот и моя любимая гордячка. Прекрасно выглядишь, душа моя! Как себя чувствуешь? — впиваются в меня ублюдочные глаза, алчущие страданий.

- Всё хорошо. Солнечными молитвами твоими, Вальмонт. Чем обязана чести? – голос почти не звенит, спина прямая.

Он чуть склоняет голову, прищуривает зеленые глаза, искрящие вертикальной скверной.

- О какой чести речь, любовь моя? – удивленно выгибает рыжую бровь. - Кажется, свою ты потеряла на первом же балу.

Меня будто хлещут по лицу. Пальцы сами сжимаются в кулаки, мечтая попрактиковать хук Ульфстена.

Но останавливаю себя: это провокация, чтобы закопать меня ещё глубже. Не дам ему ещё одного повода.

- Ответ прежний, Вальмонт. Твоими стараниями.

На его лице дёргается мышца. На скулах выскакивают желваки, рождающие скрежет.

- Да, пришлось постараться, - будто вспоминая, морщится он. - Удовольствия было мало, знаешь ли. Переоценил я тебя. Но что есть, то есть… Вернее, нет ее, чести твоей. Я без особого наслаждения, но забрал ее.

Бесплотные пощечины становятся всё жестче. Щеки горят гневом. Держу лицо.

- Такое случается, когда девушка без сознания, - голос почти отказывается слушаться, но я выдавливаю из себя. – Однако в твоем случае без этого было никак, верно ведь? Иначе я бы обнаружила твое неумение впечатлить даму. А то и всю твою мужскую несостоятельность, - мне даже смех удается изобразить.

***

Дорогие Читатели! Правила литмобов требуют публиковать информацию о других книгах-участницах. Я не могу обойти это правило, как и мои коллеги.

"Ненужная для дракона в Академии магии" Майя Фар 16+

Глава 13.

Его челюсть каменеет. Зубы сжимаются так, что я почти слышу, как разлетаются крошки. А в глазах Вальмонта на миг вспыхивает алое пламя. Драконье, злое.

- Так вот отбрось свою гордыню и дерзость! — цедит он. — Не в том ты положении, Лилиана, чтобы усугублять его.

И он прав. На все сто процентов прав. Я и шла-то сюда с тем, чтобы стойко снести оскорбления и заслужить свободу. А вместо этого иду по самому гибельному плану. Вывожу мразь из себя.

- Они теперь только против тебя играют, - говорит Вальмонт о моих неугомонных качествах. - Лучше бы тебе вспомнить про женскую кротость и покладистость поскорее. Иначе шансы выбраться отсюда стремятся к полному ничто.

Увещевает дракон так, словно из нас двоих только он и остается на моей стороне. А ведь правда, я себе могилу тут дерзким языком рою.

Однако я замираю из-за другого.

Получается же, что выход всё-таки есть.

Вальмонт пришёл не только поглумиться.

«Ага! — думаю про себя. — Для чего же ты пришёл, подонок? Пугать? Шантажировать? Вымогать мое согласие на брак?»

Знать бы еще с чего его так переклинило на мне!

Вальмонт делает шаг ближе. Улыбка возвращается к нему другой. Хищной и алчной.

- Итак, моя дорогая, я вижу, что ты прониклась. Хочешь, чтобы я озвучил условия? Понимаешь же уже, мне есть что тебе предложить.

- Ну давай, попробуй. Удиви меня. Снова сделаешь мне предложение? - чувствую прилив новой порции презрения, в котором тонет смирение. - Интересный метод у драконов добиваться руки и сердца девушки.

Он смеётся. Коротко и неприятно.