— Салли, со мной всё хорошо. Тебе не нужно рушить всю свою жизнь. Ты слышал врача — со мной всё будет в порядке.

Салли выпрямляется, выглядя оскорблённым.

— Я делаю это не из-за этого. Я делаю это, потому что выбираю тебя превыше всего. Может, мне понадобилась чертова вечность, чтобы понять, что я воспринимал тебя как должное, но ты и наши дети — единственное, что важно.

Я ошеломленно открываю рот, но из него вырывается только сдавленный звук.

Столько месяцев Ти Джей и его кузен неразлучны, проводят вместе каждую минуту. Они стали лучшими друзьями. А я обожала всё время, проведенное с Ло и ребятами. Турниры по пинг-понгу и партии в бильярд после ужина. Сказки на ночь. Смехотворную рождественскую ель. Ванную, которая из кошмара превратилась в мое убежище. Караоке-вечера и смех.

Всё это изменило мою жизнь к лучшему. И за это время я снова влюбилась в своего мужа.

Если мы вернемся в город — всего этого не будет. Ни фирмы, ни этого особенного времени. А ещё, если мы уедем, все те, кто был рядом со мной, поддерживал, помогал пережить не только наш разрыв, но и примирение, — потеряют всё. Я не могу быть причиной того, что они лишатся своего дела.

С тяжёлым вздохом я сжимаю руку мужа.

— Я тоже выбираю тебя.

Он широко раскрывает глаза и открывает рот, но прежде чем он успевает что-то сказать, я продолжаю. Я ещё не закончила.

— Ты, наши дети, наша семья — для меня всё. Возможно, мне и правда нужно было услышать, что ты выберешь меня, и я благодарна тебе больше, чем могу сейчас выразить, но я не хочу терять фирму. — Как только слова слетают с моих губ, меня охватывает уверенность, укрепляя мою решимость. — Это наша семейная фирма.

Выражение Салли становится настороженным.

— Что ты хочешь сказать?

Пора решиться. Прыгнуть и поверить, что мы справимся. В радости и в горе. Единственный путь вперёд — попробовать.

— Я хочу сказать, давай отзовём заявление о разводе. Я говорила тебе, что хочу всё исправить, но я не могу быть наполовину в этом браке и наполовину вне его. Так что я в деле… если ты меня примешь.

Все суровые черты его лица мгновенно исчезают, и Салли озаряется улыбкой, словно мальчишка, и становится так похож на Ти Джея.

— Ты шутишь? Конечно, приму. — Он придвигается ближе и кладёт ладонь мне на щеку. — Я люблю тебя, — шепчет он мне прямо в губы.

— Я тоже тебя люблю. — Я хватаю его за предплечье, не желая отпускать. — И прости, что мне понадобилось столько времени, чтобы это понять, но я не хочу быть нигде, кроме как рядом с тобой.

— Значит, ты возвращаешься в «Мерфи и Мэхон»?

— Если ты меня примешь.

— О, дорогая, это твоя фирма. Как и я. Весь твой.

— А я — твоя.

Он расплывается в ослепительной улыбке.

— Черт побери, я не слышал ничего лучше.

А потом мой муж целует меня и мир снова становится на свои места.

Глава 43

Салли

— Привет, дорогая, — шепчу я, глядя вниз на свою крошечную дочь и не в силах удержать улыбку. Десять пальчиков на руках, десять на ногах и самое милое личико на свете. Три килограмма совершенства.

Я целую её в макушку — свежий запах детской присыпки перебивает резкий больничный антисептик.

Глазки Тии слегка приоткрываются, она моргает, глядя на меня.

Тиа Хоуп Мерфи не заставила нас так поволноваться, как её брат. После нескольких недель постельного режима врачи решили, что пришло время делать кесарево. Всё прошло так гладко, как только может пройти операция, и вот теперь моя жена отдыхает на кровати рядом, а наша дочь лежит у меня на руках.

Слово «счастье» не в состоянии описать то чувство, что переполняет меня.

Тиа зевает и снова засыпает, и я перевожу взгляд на свою прекрасную жену, которая спит спокойно и безмятежно.

Это спокойствие продлится недолго — Кэл с мальчишками вот-вот появится.

— Мам! Пап! — врывается в палату Ти Джей в рыцарском шлеме и с мечом в руке.

— Тссс, — киваю я в сторону его мамы, которая уже начинает шевелиться.

Заметив нас, Ти Джей мчится вперёд. Я быстро поворачиваюсь, чтобы уберечь младенца от пластиковой «угрозы».

— Ти Джей, — фыркает Ло, забегая вслед за ним вместе с Кэлом и Мерфи. — Здесь нельзя бегать.

Мой сын пожимает плечами и бросает меч на пустой стул, прежде чем снова двинуться к Слоан.

— Я просто очень радовался.

Я вытягиваю свободную руку и останавливаю его.

— Осторожнее. У мамы болит живот.

Ти Джей хмурится, но останавливается в шаге от неё, и я вижу тревогу на его маленьком лице.

— Мы тоже рады тебя видеть, — Слоан прочищает горло, стараясь избавиться от хрипоты в голосе. — Что это за костюм? — Её взгляд скользит от Ти Джея к Мерфи. Она двигается, чтобы обнять сына, но морщится от боли.

И вот тогда я замечаю, что все четверо носят одинаковые розовые футболки.

Мой сын смотрит вниз на свою, на которой написано, что он «лучший старший брат».