Хорошо. Я звонил ему по дороге в ресторан, объяснив ситуацию короткими предложениями. Мэттью понял сразу: Деймон Филлипс только что перешел из разряда надоедливого бывшего в потенциальную угрозу.

— Расскажи мне о нем, — говорю я, сохраняя голос мягким. — О ваших отношениях. Мне нужно понять, с чем мы имеем дело.

Сафи отпивает вино, собираясь с мыслями. — Он был... безопасным. Предсказуемым. Все происходило по его графику: когда мы стали официальной парой, когда я познакомилась с его друзьями, когда мы начали говорить о том, чтобы съехаться.

— По его графику?

— У него был план. Мы встречаемся, покупаем дом, делаем предложение, женимся, заводим детей. Всё очень организованно, очень разумно. — Она делает паузу. — Я думала, что хочу такой безопасности.

— Но ты не хотела?

— Я думала, что хочу. Но оглядываясь назад, я понимаю, что у меня никогда не было выбора. Он преподносил эти решения так, будто они были общими, но на самом деле это были его планы, с которыми он ожидал, что я соглашусь.

Контроль. Всё, что делал Филлипс, было о контроле, просто более тонком, чем ярость, которую мы видели сегодня вечером.

— Он когда-нибудь проявлял признаки гнева раньше? Ревности?

— Не совсем. Он был... собственническим, наверное, но способами, которые казались милыми тогда. Ему не нравилось, когда я выходила без него, он предпочитал, чтобы я проводила время с его друзьями, а не с моими. Но он объяснял это желанием проводить время вместе. Единственным другом, который у меня действительно был, была Бет. Черт, Себ, почему я не видела этого раньше?

Классические тактики изоляции. Постепенное отрезание ее от круга поддержки, делая себя центром ее мира. Тот факт, что у нее все еще есть Бет, говорит о том, что он не был полностью успешен, но три года такой манипуляции объясняют, почему Сафи тянуло к моей более честной форме обладания.

— Что насчет его работы? Его прошлого?

— ИТ-консультант. В основном фриланс, немного корпоративных контрактов. Он был хорош с компьютерами, системами безопасности, что-то в этом роде. — Она хмурится. — Вообще-то, теперь, когда я думаю об этом, он всегда говорил, что это слишком скучно, чтобы обсуждать.

Мой телефон снова жужжит. На этот раз от Дэнни. Предварительная проверка биографии завершена. Множественные тревожные сигналы. Обнаружены зашифрованные файлы на домашней системе. Запрашиваю разрешение на глубокое расследование.

Я быстро печатаю в ответ. Разрешено. Главный приоритет.

— Извини меня на минуту, — говорю я Сафи, отходя от стола, чтобы позвонить Мэттью.

Он отвечает сразу. — Что тебе нужно?

— Дэнни проводит полную цифровую проверку Филлипса. Хватит играть. Есть новости с твоей стороны?

— Группы наблюдения сообщают о необычной активности. Филлипс несколько раз проезжал мимо дома мисс Дженкинс с тех пор, как мы уехали. Он также сделал несколько звонков на неизвестные номера.

— Одноразовые телефоны?

— Возможно. Или контакты, которых мы еще не идентифицировали. — Снова пауза. — Есть кое-что еще. Он использовал сложные методы контрнаблюдения. Менял маршруты, возвращался, проверял, нет ли хвоста. Это не любительский уровень.

Информация оседает льдом в моем желудке. — Какой ИТ-консультант знает контрнаблюдение?

— Тот, кому есть что скрывать.

— Удвойте охрану вокруг Сафи. Мне нужны глаза двадцать четыре на семь, и мне нужна группа, готовая действовать, если Филлипс предпримет прямую попытку контакта.

— Уже сделано. Нам забрать его для допроса?

Я обдумываю это. Часть меня хочет, чтобы Филлипса привели ко мне немедленно, хочет закончить разговор, начатый на улице. Но терпение сослужит мне здесь лучшую службу.

— Пока нет. Пусть думает, что действует свободно, пока мы собираем информацию. Когда мы двинемся, я хочу знать о нем всё.

— Понял. Себ, нам поставить группу на подругу мисс Дженкинс, Бет? Если Филлипс будет наращивать темп, логично, что он пойдет за ее друзьями.

— Сделай. — Хотя я сомневаюсь в истинной мотивации Мэттью, когда дело касается подруги Сафи.

Я возвращаюсь к столику и вижу, что Сафи смотрит на меня встревоженными глазами.

— Дела? — спрашивает она.

— Что-то вроде того. — Я сажусь обратно, заставляя выражение лица оставаться спокойным. — На чем мы остановились?

— Ты спрашивал о Деймоне. — Она изучает мое лицо. — Это из-за сегодняшнего вечера, да? Из-за его угроз.

Нет смысла лгать ей. — Мне не нравится, как он отреагировал, увидев нас вместе. Мужчины, отказывающиеся принимать отказ, могут быть непредсказуемыми. Поверь мне. — Я вспоминаю, как Сафи отказалась от моего первого приглашения на ужин.

— Ты думаешь, он опасен?

— Я думаю, он зол и унижен, а это может быть опасной комбинацией. — Я снова беру ее за руку. — Но я также думаю, что ты теперь под моей защитой. И я отношусь к этой ответственности очень серьезно.

Что-то мелькает в ее глазах — облегчение, благодарность, что-то, что может быть доверием. — Спасибо.