- Коли могла б – так помогла бы, не за что вам меня упрекать, дядюшка, я для вас и так стараюсь с утра до ночи, а с дураком вашим… Даже не знаю, что делать. Не могу я врага найти, то история непростая, а коли и найду – что? Кинуться к нему в землю другую за головой его? А там ваши недруги, они меня тут же саму к попам тамошним отвезут. Вам после такого самому непросто отмыться будет, – генерал берёт вилку и начинает ей играть, потом бросает, заглядывает в чашку, где от кофе осталась лишь гуща. Он слушает и понимает свою «племянницу». А та продолжает, будто оправдывается: - У меня сейчас дел много при дворе и при вас, вон видите, как всё закручивается. Подождите немного, приглядывайтесь к нему, разговаривайте с ним, а как поймёте, что враг берёт над мальчишкой верх, так и решите с ним дело тихонько. А пока мальчишка ему сопротивляется – не делайте ничего, пусть недруг на него силы тратит, может, и устанет. Должен устать, так в шар глядеть – никакой силы не набраться, он уже должен кровью харкать, пусть все глаза до бельм в шаре этом проглядит. Терпите, дядюшка, удача почти всегда была за тех, кто терпелив.

- И что же, будем ждать, пока упырь не ослепнет или кровью не изойдёт? – наконец произносит «дядюшка», ставя пустую чашку из-под кофе на стол.

- Подождите, - отвечает ему дева. – Всему своё время. А пока, - она снова переходит на шёпот. – Графиня у нас от любви к вам млеет, новый огонь на старых углях, просит… да нет же, требует, чтобы я вам опять устроила встречу в монастыре. И злится на вас, что вы тут который день, а к ней не были и писем не писали, сама она к вам ехать боится, уж баронесса к всему, что вас касаемо, внимательна.

- М-м… Просит встречи. Вот как? – зная Брунхильду, он не очень-то верил и в прежние её слёзные письма; да, она нуждалась в нём, как мужчине, что защитит её, но вот во вдруг разыгравшуюся в ней страсть... Нет, в таком течении событий барон несколько сомневался. Старые чувства проснуться в сердце этой женщины, конечно, могли… Со страху – да. Ненадолго – тоже, да. Да, какая-то близость меж ними всё же была. Они друг другу не были чужими, а он всё ещё её вожделел, может быть даже, неменьше, чем прежде. Но он давно уже подозревал, что вся её ласка к нему – это всё… на всякий случай, на случай большой опасности, ну и для всяких интриг. Так что он интересуется у Агнес: – Что это с нашей графиней?

- Уж и не знаю, разве её разберёшь, - отвечает Агнес. – Она хитра и скрытна, когда в том есть нужда, неимоверно.

- Как бы там ни было, денег я ей не дам, - вслух рассуждает барон.

- Может, ей они и не нужны, - произносит дева, но тут же спохватывается. – Хотя что это я? Они ей вечно нужны. В общем, ежели желаете с нею встретиться, то я поеду в монастырь готовить встречу.

Что ж, он не собирался упускать возможность лишний раз «повидать» красавицу. И барон соглашается. Агнес пообещала всё устроить и, попрощавшись с баронессой, уехала.

***

А он остался со своими мыслями и опасениями. И первым делом позвал к себе Петера. Юноша пришёл, и вид у него был жалкий. От того пригожего и светлого молодого человека, что Волков принимал на работу, осталась лишь хорошая одежда. Да и та теперь казалось ему великоватой. Петер, кажется, понимал, что доставляет своему господину неприятности или неудовольствие.

И тогда барон не стал говорить с ним строго, а наоборот, расспрашивал о том, что снилось ему прошедшей ночью, с участием. Но не узнал ничего нового, мальчишку, как и прежде, истязал ночью голос, карлик, ужасно воняющий кошками, искал его на этот раз среди кустов шиповника. И один раз почти нашёл. От того он и кричал.

- А после того, как ты ночью просыпаешься и засыпаешь снова, этот карлик возвращается к тебе? Голос просит тебя откликнуться?

- Иной раз, но не всегда, иной раз проснусь, а потом уже до утра сплю спокойно и без страхов, – вспоминал Петер.

«Пока не уехали отсюда, нужно будет просить Агнес, пусть ещё раз с ним побудет, может, придумает что-нибудь».

Но пока он сказал молодому слуге:

- Вернёмся в Эшбахт – отведу тебе отдельное место, и спать ты там будешь не один, найду тебе женщину.

- Женщину? – удивлённо спросил Петер.

- Да, она будет за тобой приглядывать, пока ты спишь, чтобы ты во сне не сильно мучался, и будить прежде, чем ты начнёшь вскакивать и кричать, – объяснил ему барон.

- Господин, - кажется, это предложение не сильно успокоило молодого слугу. – Может, мне поискать отца святого, чтобы он демона от меня погнал, или, может, в монастырь пойти? – юноша был всерьёз удручён. И, возможно, что-то ему бы и помогло из того, что он хотел предпринять. Вот только… Агнес сказала держать его подле себя. Агнес сказала, а уж в этих делах он ей перечить не стал бы. И поэтому генерал говорит своему слуге:

- В Эшбахт вернёмся, обсудим это, а пока молись больше, - он пару мгновений ещё думает и добавляет: – Возьми у Гюнтера талер, то подарок от меня, купи себе что-нибудь.

«Лишь бы он не сбежал, пока домой не приехали».