— Вы оба идиоты, — сказал я. — В отличие от вас, я вижу хорошее вложение, когда оно передо мной. У Пирата отличная родословная — это выгодно.

— У меня есть теория, — перебил Зак. — Хочешь услышать?

— Естественно, хочу, — сказал Адам и поднял бутылку, будто тост.

Зак наклонился через меня.

— Детали туманны, но суть одна: мисс Эсси Прайс.

— Та самая мисс Прайс, которая прямо сейчас едет сюда с Пиратом? — спросил Адам с наигранным удивлением.

— Она самая.

— Отличная теория.

— Вы оба придурки, — проворчал я.

— Это слово я тоже знаю, — сообщил Бен вполне серьезно. — Папа говорит так часто. Обычно про дядю Зака.

Смех Зака подхватили Адам, отец и Джеймс. Я бы присоединился, если бы не заметил, как по нашей грунтовке, поднимая пыль, катится вишнево-красный внедорожник — ровно в тот момент, когда солнце исчезло за вершиной.

Эсси приехала. Точно в срок.

И удар ожидания в груди сказал мне, что братья были правы. Покупка Пирата имела прямое отношение к Эсси Прайс. Даже больше, чем мое обещание Джеку. И уж точно больше, чем желание держать ее подальше от тюрьмы.

Потому что я мог промолчать. Мог купить Пирата и придумать, как сделать так, чтобы она никогда об этом не узнала. Черт, я мог просто подарить ей этого коня и снять с себя всю эту чертову ответственность.

Но я не сделал ничего из этого.

Нет. Вместо этого я настоял, чтобы она привезла Пирата сюда, в Путеводную звезду — ранчо, которое принадлежало моей семье, — туда, где она сейчас проходила стажировку тренера.

Я не врун. Я не лгу людям и уж тем более не лгу себе. Я прекрасно знал, почему так поступил. Эсси была здесь. А где Эсси — там хотел быть и я.

Мне просто нужен был повод.

15 лет назад

Если бы я мог вынести из горящего дома лишь одну вещь, это была бы Эстер Луиз Прайс. Скорее всего, именно она бы этот пожар и устроила, но я все равно закинул бы ее себе на плечо, не задумываясь ни на секунду, и каждый раз отвешивал бы ей звонкий шлепок по заднице, когда она тянулась бы к очередному огоньку по дороге наружу.

Потому что она потянулась бы. Обязательно потянулась бы.

У этой гипотетической задачки, которую задала миссис Данфи, наша учительница английского в одиннадцатом классе школы Аспен-Спрингс, было много проблем. Начнем с того, что если в доме была Эсси, значит, там был и Джек — ее брат-близнец и мой лучший друг. Ему бы точно не понравилось, что его оставили гореть. Хотя если бы Джек был там, он бы спас нас всех, залил пожар сверхчеловеческой струей слюны или чем-то таким — и я бы даже близко не подошел к его сестре и ее подходящей для шлепков заднице. Так что…

Я ничего из этого не написал. Миссис Данфи сказала, что предмет должен быть неодушевленным. Полная противоположность Эсси Прайс. Она не хотела заставлять нас выбирать между родителями и портить себе семейную жизнь.

— А ты что написал? — спросила Эсси, легко вставая рядом со мной, когда мы вышли из класса.

— Телефон, конечно. Это самая полезная вещь, которая у меня есть. Кто вообще написал что-то другое?

Она подняла на меня взгляд. Как всегда — прямой удар под дых. Васильковые глаза и ярко-вишневая помада, которую она носила каждый день. Смотреть на ее лицо было как смотреть на солнце. Обжигает. И эта форма губ выжжена у меня на внутренней стороне век.

— Я нет, — сказала она.

Мы остановились у ее шкафчика. Она убрала туда учебники и достала бумажный пакет с обедом, где, я знал, был бутерброд с колбасой и яблоко. Она ненавидела колбасу, но она была дешевой — вот и весь рацион. Сэндвич в итоге почти всегда доставался Джеку, у которого желудок был бездонной пропастью. Вполне честный обмен, учитывая что у меня в коробке с обедом вечно было больше, чем я мог съесть, и я делился с ней.

— И что ты спасла? — спросил я.

— Коробки спичек. От моего папы.

Объяснять ей не требовалось. Ее отец был богатеньким безответственным мальчишкой, который накуролесил, когда его семья отдыхала в Аспен-Спрингс. Ему и Кэт Прайс тогда было по шестнадцать. Может, я и не могу винить его за то, что он был маленьким козлом и сбежал от ответственности. Но то, что он с годами стал еще большим козлом, было уже на его совести. Раз в год или два он появлялся и привозил Эсси и Джеку коробок спичек — сувенир из поездок, который, как он, по-видимому, считал, делали его интереснее остальных.

Он был придурком.

И Эсси это знала. Говорила сама, не раз. Но все равно именно это она хотела бы спасти. Я не мог этого понять.

Я покачал головой.

— Дом горит, а ты бегаешь со спичками. Умница.

— Это гипотетически, — закатила она глаза. — Тут не про ум. Это про то, кто ты изнутри. Что важнее всего. Ради чего ты рискнешь жизнью.

Я вытащил телефон из кармана и нежно его погладил.

— Тсс, детка. Не слушай ее. Ты — любовь всей моей жизни. Умная и прекрасная.

Эсси ухмыльнулась и с грохотом захлопнула шкафчик.