Его язык скользнул по изгибу моей нижней губы, и я приоткрыла рот, впуская его. Я всегда думала, что на вкус он будет как сигареты, но он был теплым и сладким, а когда я втянула его язык, он застонал прямо мне в губы.

— Блядь, — выдохнула я, когда его губы оторвались от моих, спускаясь по шее и слегка покусывая кожу.

Моя футболка задралась, когда его обжигающие ладони заскользили вверх по ребрам к груди, сминая ее, дразня затвердевшие соски большим и указательным пальцами. Его рот последовал за руками, и у меня перехватило дыхание от горячего всасывающего ощущения на коже.

Я вцепилась ему в волосы, прижимая его к себе, упиваясь головокружительным жаром, который нарастал во мне с каждым прикосновением его губ, с каждым движением его языка. Я гадала, сколько еще смогу выдержать, прежде чем начну умолять его довести меня до оргазма.

Оказалось, не так уж и много.

— Захария, — прошептала я.

Скорее взмолилась, если честно. Прогибаясь и потираясь о его набухший член. Он застонал, его руки крепче сжали меня, и вдруг я оказалась на спине, он коленом раздвинул мои бедра. Он навис надо мной на кровати.

Наши взгляды встретились.

Его кожа разрумянилась, а губы приобрели восхитительный оттенок темно-розового. Его глаза сканировали мое лицо, и я надеялась, что он оценивает меня так же, а не вспоминает о своих списках.

Я подтянула колени, одно за другим, обхватив ими его тело.

— О чем ты думаешь? — прошептала я.

Он лишь покачал головой.

— О том, что ты разъебала меня в хлам, любовь моя.

У меня не было времени осмыслить его слова или хотя бы поддразнивающе улыбнуться, потому что он снова меня поцеловал. Его тело навалилось на мое, спаивая нас воедино. Мои руки скользнули вниз по его спине под пояс джинсов, где я сжала твердые мышцы его задницы. И только когда я попыталась пробраться между нами, чтобы провести ладонью по его члену, он меня остановил. Перехватив мои запястья, он жестко впечатал их в кровать над моей головой.

Мне бы, наверное, показалось это пиздец каким горячим, если бы не было так больно: он неосознанно задел ожог на моем запястье.

Я вскрикнула от боли, и это подействовало на него как ушат ледяной воды. Он мгновенно остановился и отстранился, сидя на коленях; его глаза расширились от шока.

— Блядь, — выдохнул он. — Мне так жаль, Лилит.

Я моргала, глядя на него. Я была ошарашена не меньше его самого. Я ни разу не вспомнила о своей травме с того самого момента, как он меня поцеловал, но теперь не могла игнорировать острые приступы боли, прорезающиеся сквозь пелену моего возбуждения.

— Что я сделал?

— Ничего, — ответила я. — Я в порядке.

— Ты держишься за руку, — сказал он.

Ох. Я не замечала, но теперь, когда он указал на это, я поняла, что прижимаю запястье к груди.

— Ерунда, — отмахнулась я, но сомневалась, что он вообще меня услышал.

Его взгляд был прикован к моему запястью, пока он оттягивал рукав футболки, обнажая рану.

— Что это за хуйня, Лилит? — спросил он.

Я вздрогнула от его тона, так разительно отличающегося от того опьяняющего хриплого шепота, которым он говорил всего пару мгновений назад. Это меня разозлило, и я оттолкнула его, садясь на кровати.

— Я же сказала, что это ерунда, — огрызнулась я.

Он схватил меня за подбородок, запрокидывая мою голову.

— И что я тебе говорил? — процедил он. — Хотя бы смотри мне в глаза, когда лжешь.

— Это ожог, — выдавила я сквозь стиснутые зубы, отталкивая его руку.

— И где ты его получила?

Я просверлила его взглядом, и где-то на задворках сознания промелькнула мысль: как мы дошли от «чуть не потрахались» до «очередной ссоры».

— Ходила на охоту на демонов, — ответила я.

Он сдвинул брови.

— Демонов?

— То желейное чудовище, что убило Эстер, — пояснила я. — Я пошла за ним охотиться. И нашла. И убила… ну, большую его часть.

— Чем? — спросил он.

Я просто уставилась на него.

— Кинжалом, — сказал он, отвечая на свой же вопрос.

— И электрошокером от Сэмюэла, — добавила я.

Он уставился на меня с недоверием. Спустя секунду он вытащил свой телефон.

— Что ты делаешь?

Он не ответил, но я могла догадаться.

Я вскочила на ноги и потянулась к его телефону, но он отвернулся от меня.

— Я схожу к доктору Мору завтра! — выпалила я, вцепившись пальцами в ткань его расстегнутой рубашки и пытаясь развернуть его к себе.

Мне совершенно не улыбалось, чтобы он притащил сюда доктора прямо сейчас. Это наверняка разбудит Коко, и она будет только напрасно нервничать.

— Завтра похороны Эстер, — сказал он.

— Я не пойду! — закричала я, взбешенная тем, что он вообще поднял эту тему.

На кой черт он об этом заговорил?

Он посмотрел на меня, и я почувствовала, как за глазами начинает давить. Я до скрипа стиснула зубы, борясь с этим чувством. Я не хотела плакать. Сделала вдох, но это не помогло унять дрожь в голосе.

— Я не могу.

Я отвернулась.