В какой-то момент прошел дождь, и тротуары блестели от сырости. Низкие тучи все еще тяжело нависали, угрожая новой бурей. Как бы ни подходила такая погода, Эстер заслуживала солнца в свой последний день на земле. Если бы я могла управлять погодой, как матриарх семьи Виридиан или ее дочери, я бы разогнала это темное небо в качестве последнего прощания. Но мне нечего было предложить, по крайней мере в плане магии. А просить об одолжении не было и речи.

Семья Виридиан следовали правилам. Даже если бы существовал шанс спасти сотни жизней, их матриарх не пошевелила бы и пальцем, если бы ее муж и архиепископ Лиск сказали «нет».

К тому же, они меня ненавидели.

Услышав раскат грома где-то вдалеке, я накинула капюшон и пошла, опустив голову. Я добралась до здания Габриэля как раз в тот момент, когда полил дождь, и зашла внутрь. Как только двери лифта закрылись, мое сердце бешено заколотилось.

Подойдя к его двери, я постучала и стала ждать в затхлом коридоре. Из квартиры не доносилось ни звука, и я на миг задумалась, дома ли вообще Габриэль, но тут щелкнул замок. Я задержала дыхание, когда дверь открылась, думая, что это поможет мне не расплакаться.

Вот только открыл не Габриэль.

Это был Захария, и на него у меня была совершенно иная реакция.

Меня всю обдало жаром и я покраснела.

— Что ты здесь делаешь? — мой голос прозвучал резче, чем я планировала. Но, честно говоря, я надеялась избегать его до сегодняшнего гала-вечера.

— Пытаюсь помочь Габриэлю, чтобы он мог собраться на похороны.

— О, — сказала я.

Ну конечно.

Потому что на самом деле он был хорошим другом.

— Наверное, я не вовремя…

— Ты вовремя, — перебил меня Захария. — Заходи.

Он придержал для меня дверь, и я, замявшись лишь на секунду, проскользнула мимо него и замерла в прихожей.

В квартире было темнее обычного. Габриэль опустил жалюзи. Эстер редко так делала, особенно в дождливые дни. Она предпочитала вид из окна и естественный свет. И пахло здесь иначе. Вероятно, это потому, что каждый раз, когда я приходила, Эстер что-то варила, пекла или готовила.

Я знала, что ее больше нет, но эти перемены стали суровым напоминанием о том, что это место больше не было моим островком безопасности.

— Ты в порядке? — спросил Захария.

Его рука легко легла мне на поясницу.

— Мне просто нужна минутка, — ответила я.

Я думала, Захария пройдет мимо, но он не сдвинулся с места, и я задалась вопросом: не стоит ли он позади, чтобы не дать мне сбежать?

— Это Ливи? — крикнул Габриэль из другой комнаты.

— Ливи? — переспросила я, с любопытством взглянув на Захарию.

Это была дочь-подросток одного из его охранников. Я мало с ней общалась, за исключением нескольких семейных вечеринок, которые Захария устраивал в своей резиденции. Поначалу она была мила со мной, но шли годы, она влюбилась в Захарию и решила, что я — ее враг.

— Она посидит с Лиамом, — пояснил Захария.

В этот момент появился Габриэль. Он еще даже не был готов: на нем были заляпанная футболка и синие клетчатые пижамные штаны. Его светлые волосы торчали во все стороны, словно он днями не брал в руки расческу. Я подозревала, что он даже в душ не ходил.

Увидев меня, он замер, а его глаза слегка расширились.

— Лили, — произнес он, сделав вдох. — Рад тебя видеть.

Мои губы уже дрожали. Я оттолкнулась от стены и пошла к нему, обхватив руками его талию. Он крепко меня обнял.

— Прости меня, Габриэль, — прошептала я, пока несколько непрошеных слезинок скатились по моим щекам.

— Тебе не за что извиняться, малышка, — сказал он.

Его голос был теплым и нежным. Из-за этого я почувствовала себя как дома, несмотря на то, что все изменилось.

Через пару секунд я учуяла запах прокисшего молока и отстранилась.

— Габриэль, — сказала я. — Я говорю это из самых лучших побуждений, но от тебя воняет.

— Именно поэтому он должен был быть в душе, — вставил Захария.

Он стоял у меня за спиной, прислонившись к кухонному островку со скрещенными на груди руками, и многозначительно смотрел на Габриэля.

— Я схожу в душ, — ответил он. — Эй, но сперва не хочешь познакомиться с Лиамом?

— Да, — кивнула я. Улыбка все еще давалась с трудом.

— У тебя двадцать минут, — предупредил Захария.

Габриэль отмахнулся от него, направляясь в комнату Лиама.

— Времени вагон!

Я тихо рассмеялась ему вслед, утирая слезы с лица.

— Ты в порядке? — спросил Захария.

Я повернулась к нему. Он стоял на кухне, закатывая рукава рубашки до локтей. На столешнице перед ним стояла банка со смесью.

— Будешь готовить бутылочку? — спросила я.

— Ага, — ответил он. — Поможешь?

— Не думаю, что для этого нужны двое, — сказала я.

Уголки его губ дрогнули.

— Ты, наверное, права.

— И когда это ты научился готовить детскую смесь?

Мне было любопытно. Учитывая его статус, я не ожидала, что он умеет такие вещи, даже с инструкцией на банке.

— У меня было два младших брата, — ответил он.

— Два? — удивилась я. — Почему я знакома только с Кассиусом?