Ветер играет с моими волосами, солнце греет кожу, легкие наполняет живительный свежий воздух, и моя рука случайно касается его.

Я стараюсь не реагировать на то, как от этого крошечного прикосновения по телу разливается молния. Как перехватывает дыхание от одного касания.

Он, похоже, ничего не замечает. Когда подходим к мотоциклу, который стоит на траве среди разбросанных инструментов, он приседает. Я опускаюсь рядом и слежу за его рукой, когда он показывает, что мне делать.

— Вот этот болт. Если я удержу гайку ключом с другой стороны, сможешь закрутить до конца?

Он протягивает мне инструмент, кажется, торцевой ключ или что-то в этом роде.

— Ага, попробую.

Он обходит мотоцикл и фиксирует ключ на гайке.

— Так, затягивай.

Я надеваю головку на болт и кручу вправо.

Вправо — туже, влево — слабее.

Кажется, я узнала это от папы?

Хотя мы редко что-то чинили вместе. Я чаще сидела в доме с книгой. Но это правило я помню — наверное, потому что легко запоминается. Болт проворачивается, ввинчиваясь в предназначенное для него отверстие. Хватка Кэла на ключе крепнет, когда я дохожу до конца. Каждый оборот дается труднее предыдущего, инструмент скользит в ладони. Места там мало, и видно плохо.

Я снова плотно насаживаю головку на болт и сажусь удобнее, будто передо мной соперник. Еще раз проворачиваю ключ. Затянув настолько, насколько могу, я приподнимаюсь и заглядываю через сиденье мотоцикла. Вижу только растрепанные волосы Кэла.

— Сильнее уже не получится.

— Отлично. Спасибо. — Он поднимает взгляд, убирая инструмент, и на мгновение мы смотрим друг на друга поверх потертой, потрескавшейся кожи сиденья.

Мы оба молчим, и я возвращаю инструмент на траву и поднимаюсь на ноги.

— Дай знать, если еще понадобится помощь, — говорю с улыбкой.

— Спасибо, Эви.

— Всегда пожалуйста. — Засовываю руки в задние карманы, мечтая, чтобы неловкость между нами просто исчезла.

Понимая, что этого не случится, пока к нему не вернутся воспоминания, я возвращаюсь в теплицу заканчивать дела. Полив, прополка, потом сбор всего, что созрело к ужину. Все как раньше. И в то же время совсем не так.

С полной корзиной душистых овощей я иду к дому и на кухню. Начинаю мыть и раскладывать продукты по холодильнику. Наклонившись, ставлю контейнер с помидорами и отодвигаю ящик с корнеплодами в сторону.

— Ты уже неплохо тут ориентируешься, да?

Я вздрагиваю, выпрямляюсь и ударяюсь головой о верх холодильника.

— Черт.

Потирая макушку, оборачиваюсь и вижу Кэла без рубашки. Он опирается на столешницу и пьет из эмалированной кружки. Когда я вошла, его здесь не было.

— Черт, ты меня напугал. — Я поправляю очки на переносице и одергиваю футболку, пока его взгляд скользит по мне.

Его челюсть дергается, но он ничего не говорит.

— Какие планы на ужин? — спрашиваю я.

Он приподнимает бровь.

— В смысле, что ты хочешь приготовить? Я овощи оставлю здесь. — Киваю на корзину за спиной, наполовину полную.

— Мне все равно. Ты готовишь?

Я смотрю на него.

— Я…

— Не умеешь?

— Не очень.

Он усмехается.

— Вот так сиделка на постоянке, да?

Я могла бы обидеться, но он прав.

— Обычно я пишу, а не занимаюсь… этим. — Я оглядываю дом, словно в поисках более разумных слов. Ничего не находится.

— Тогда я готовлю, ты убираешь. Договорились?

Я не могу сдержать улыбку.

— Договорились.

— Есть что-то, что ты не ешь? — Он ставит кружку на кухонный остров.

— Нет, все нормально.

— Отлично. Мы тут без капризов.

— Я знаю, — говорю и вспоминаю первые дни на острове.

Я знаю.

Будто уже жила здесь раньше.

Черт.

— То есть… я так и подумала.

— Ну да… — тянет он, глядя на меня странно и озадаченно.

Черт. Айрис меня убьет. Этого Маккрири я еще переживу. А вот другую — не уверена.

— Мне надо писать. — Выскакиваю из дома и влетаю в хижину, утопая в самоуничижении. — Черт, я не должна все испортить.

Слишком многое поставлено на кон.

Слишком многое.

Никогда еще я не радовалась виду «Светлячка» так, как сегодня утром. Эм машет нам с катера, пока траулер подходит к причалу. Я стою рядом с Кэлом и жду, когда лодка сбросит ход, чтобы мы могли подняться на борт. Сегодня у Кэла обследование, а мне предстоит коротать время с Айрис. Надеюсь, она меня не убьет за все оговорки, которые я, по ощущениям, допустила всего за семь дней на острове рядом с ее братом.

— Привет, Эви, — Эм обнимает меня, и я невольно отвечаю тем же.

Кэллам за нашей спиной прочищает горло, и Эмметтт выпускает меня.

— Тебе тоже обнимашки, дружище?

— Отвали, Брэдфорд.

Эм усмехается, и мы поднимаемся на борт. Я сажусь на скамью, как и в прошлый раз. Эм запускает «Светлячка», а Кэл идет к рулевой консоли.

— Сегодня передаешь управление? — спрашивает он.

— Конечно, она твоя.