Мама швыряет в меня кухонным полотенцем с картинкой духовки и надписью: Если сомневаешься — вытащи.

— Нико, — предупреждает она.

Валентина снова пожимает плечами.

Какого черта? Энни Ли, вторая по успеваемости в Стайвесанте? Я перекатываю эту мысль во рту, как незнакомый вкус. Это не вяжется, и мне становится как-то грустно. Я бы не пожелал такого даже злейшему врагу. А она им и была.

— Бедная девочка, — говорит мама. — Надеюсь, с ней все хорошо. Нико, достань сервировочную ложку.

Я открываю ящик, но он застревает на полпути из-за количества барахла внутри. Дергаю, пока не открывается, и беру ложку.

— Ты ее видел после выпуска? — спрашивает Валентина.

— Да, один раз в прошлом году, на помолвке. — Я макаю палец в соус. Идеально. — Выглядела нормально. — Чертовски горячо, если уж честно. Настолько, что устроила пожар.

— Это же с ней у тебя была война за звание лучшего выпускника, да?

Я пожимаю плечами, будто та «война» не была самым нервным и драматичным годом моей жизни.

— Ага.

— И что ты ей тогда сделал?

— Я ничего не делал. Это она превратила мой выпускной год в ад по какой-то хреновой причине

— Все, хватит сплетничать о бедной девочке, — говорит мама. — Садитесь есть.

Мы с Валентиной боремся за второй хороший стул, не мамин. Никто не хочет шаткий. Валентина побеждает. Я сажусь на другой и сразу заваливаюсь набок.

— Давайте помолимся.

Мы беремся за руки.

— Трам-пам-пам, спасибо за еду. Ура, боже, — хором произносим мы.

Мы фальшивые католики.

— Люблю тебя, Джо. — Мама посылает поцелуй в потолок.

— Любим тебя, пап, — подхватываем мы с Валентиной.

И набрасываемся на еду.

— Нико, — говорит мама между кусками. — А где Тара?

Моя вилка замирает на полпути ко рту.

— Мы расстались несколько месяцев назад, мам.

Она цокает языком и тычет в меня вилкой.

— Да что ж такое, Нико? Она же была замечательная.

Тара и правда была замечательная. А вот я — нет. Я не мог быть с ней честным про NakedReactions, а это было по отношению к ней нечестно, поэтому я все и прекратил.

— Просто не сложилось, — говорю я.

— Я хочу, чтобы ты был счастлив, — говорит мама.

И я тоже этого хочу. Поэтому и буду продолжать все это, пока у тебя все не станет хорошо.

По дороге обратно к метро я достаю телефон.

От: chef@

Кому: ali@

Как ты смеешь лишать человечество всей мощи по имени Али? Плохая девочка. Зачем тебе это понадобилось?

Мы что, переходим к прошлым отношениям и душевным травмам? Вот это да, пошли серьезные темы. Посмотрите на нас.

1. У меня инфекция на члене.

2. Ни одни мои отношения не длились дольше нескольких месяцев.

3. Я люблю свою работу.

3

Энни

Я соглашаюсь встретиться с Мэй и ее женихом Томом на пляже, потому что я Очень Поддерживающая, но видеть их вместе прямо сейчас — это новый виток паники из-за того, что у меня до сих пор нет способа добраться на их свадьбу.

Ну да, потому что Том решил жениться в Саут-Бич, из всех возможных мест, и для Мэй слово Тома — закон. Даже если у ее родной сестры-близняшки смертельно серьезный страх полетов.

Отчасти это моя вина. Признаю. Она спрашивала меня снова и снова, нормально ли это, и, поскольку я теперь веду себя хорошо и не устраиваю ей больше свадебных драм, я сказала, что все в порядке, что я что-нибудь придумаю и пусть не забивает свою прекрасную идеальную головку, потому что теперь я Беспроблемная сестра Энни и самая полезная подружка невесты за всю историю человечества.

А теперь свадьба через две недели, а я все еще не понимаю, как туда доберусь. У меня нет водительских прав, они мне никогда не были нужны, я же выросла в большом городе. Билет на поезд сейчас стоит примерно миллион долларов. Я ставлю напоминание в телефоне, чтобы просто стиснуть зубы и купить его, когда вернусь домой, потому что других вариантов у меня нет.

— Ну что, у вас со свадьбой все готово? Мне нужно что-нибудь сделать в последний момент, Сливка? — спрашиваю я, изо всех сил пытаясь перекрыть свою несостоятельность как подружки невесты и цепляясь за ее детское прозвище как за спасательный круг.

— Нет, наш свадебный организатор просто чудо, и, по-моему, у ее команды все под контролем.

Потому что она идеальная Мэй с идеальной свадьбой.

— Отлично, — говорю я. — Жду не дождусь, когда будем собираться вместе. Как раньше, когда мы красили друг друга в подвале.

— Только ты всегда делала из меня Урсулу, а я все-таки рассчитываю на более естественный образ.

— Эй, Урсула — королева злодеек. Тебе польстить должно, что ты на нее похожа.

Мимо проходит мужчина, таща по песку холодильник на колесиках, и орет:

— На-а-ткрекеры!