Я проснулась от того, что комнату заливал солнечный свет. Вокруг царила абсолютная тишина. Коммуникатор коротко пискнул, и в спальню вошла Нора. На ней было простое кремовое платье, а в руках она держала чашку чая.

— А я как раз шла тебя будить. Как ты?

— В норме. А ты?

— Ужасно, — отозвалась Нора, и на ее лице не было даже намека на привычную грустную улыбку. — А теперь все стало еще хуже, учитывая, что нас вызывают.

— Что значит «вызывают»?

— Приказ касается всей элиты. Сегодня вечером бал. Явка для всех из элиты строго обязательна. Иллумы тоже там будут.

— Разве для них нормально организовывать подобные мероприятия без предупреждения? — спросила я.

— Нет, — мрачно отрезала она. — Безусловно, нет.

 

 

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ



Не прошло и часа, как я снова очутилась в глянцевой черной клетке, ожидая Скворцов. Чтобы забрать нас с Норой, к дому подали две отдельные капсулы.

— Береги себя, — бросила она мне на прощание, прежде чем скрыться в своей кабине.

По дороге я во все глаза разглядывала поверхность. Пожар уже потушили, но над городом по-прежнему клубились огромные валы дыма. Они заволакивали обзор, стирая границы между секторами и превращая все в сплошное серое марево.

Дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошли Вайолет и Роуз. Лица у обеих были темнее тучи.

— Твой партнер рассказал хоть какие-то подробности о пожаре? — с ходу спросила Вайолет. — Есть данные о погибших? Сеть полностью лежит.

— Городская энергосеть работает бесперебойно, — ответила я. Это было единственное, что Нора успела сообщить мне утром.

— Я говорю о нашей подпольной сети сторонников, а не об общем энергоснабжении иллумов. От Раджеша нет никаких вестей. — Под глазами Вайолет залегли синяки.

— Мой партнер ничего конкретного не сказал. Только то, что иллумы в ярости. Погибшие есть, но точного числа жертв я не знаю.

Вайолет судорожно вздохнула, прижав ладонь к груди.

Роуз крепко перехватила ее за предплечье:

— Вай, это была операция под предводительством самого Жнеца. Он сделал бы все возможное, чтобы защитить своих людей. Раджеш обучен действовать в таких условиях.

От этих слов туман в моей голове мгновенно рассеялся.

— Жнеца там не было.

— Разумеется, он был там, — отрезала Вайолет. — Это же его план.

Я прикусила губу.

— Его там не было. Я была с ним.

Они замолчали, уставившись на меня. Первой опомнилась Роуз: она распахнула дверь в купальню, откуда тут же повалили клубы пара.

— Нам нужно поторопиться.

— Ты была с ним? — недоверчиво переспросила Вайолет. — Он сам тебе открылся?

Я кивнула.

— Этого не может быть, — отмахнулась Вайолет. — Он никогда не стал бы рисковать операцией ради женщины. И уж точно не открыл бы своего лица той, что связана с иллумом. Ты что-то путаешь.

— Я не путаю, — твердо отчеканила я.

— Нет, — упрямо гнула свое Вайолет. — Это его первый успешный удар со времен Последней войны. Он умыл иллумов. Он бы ни за что не остался в тылу.

— Он до сих пор ранен, — выдала я секрет.

Вайолет скрестила руки на груди.

— Он не ранен. Это был всего лишь фарс.

— Нет, не фарс. И вообще, этот его успех куплен ценой жизней невинных людей.

— Неизбежные сопутствующие потери ради великого дела, — бросила Вайолет.

— Сопутствующие потери? — яростно выдохнула я. — Потери?! Они вообще-то люди!

— Ты ведь сама его поддерживаешь.

— Возможно, теперь я не разделяю методы Жнеца, — прямо заявила я. — Возможно, я больше его не уважаю.

Роуз пристально наблюдала за мной, ее тело было напряжено до предела. Разделяла ли она мое мнение?

— Не уважаешь его? Птенчик, он рушит систему. Он возвращает нам власть.

— И какова цена этой власти? Стоит ли она жизни Раджеша? — надавила я на больное. — Стоит ли она жизней тех обладателей дефектов, которым не повезло родиться с чипами в запястьях? Он причиняет боль людям, Вайолет.

— Как и иллумы! — прошипела она в ответ. — А какова цена сохранения прежних порядков, птенчик? Наша участь — быть просто инкубаторами для их потомства?

— Это не оправдывает его зверств. — Почему никто вокруг не видит очевидного?

— Раджеш без раздумий отдаст жизнь за нашу свободу.

— А ты? Стоит ли свобода того, чтобы потерять тех, кого любишь? — спросила я, в упор глядя на Роуз.

— В этом мире, в их мире, нам не дозволена подобная роскошь, — выплюнула Вайолет, заслоняя собой Роуз. — И если ради перемен мне придется уничтожить собственную душу, я сделаю это не раздумывая.

— Но это не дает Хэлу права опускаться до их уровня! — выкрикнула я, и мой гнев наконец прорвался наружу.

Вайолет осеклась.

— При чем здесь Хэл?

— Он… — Я прикусила язык.

— Так вот с кем ты вчера была? — спросила Вайолет, ее темные глаза округлились.

— Это ведь о нем постоянно твердит Раджеш, верно? — прошептала Роуз. — Это ведь он стоял за историей с платьем?

— Что? — мой голос дрогнул. — С синим платьем?

Вайолет прищурилась, глядя на меня волком.