Как Красный ураган. Он этого не сказал, но я знала, о чем он думает. И что чувствует. Этот мужчина превращал все в шутку, но я ни на секунду не верила в этот спектакль. Он смеялся и тогда, когда Уилл рассказал ему про Красного урагана, но я видела муку на его лице в тот короткий миг, когда он отвернулся. Ему было не все равно.

И смеяться над его дурацкой шуткой я не собиралась.

— Это не смешно, — сказала я. Когда его губы приоткрылись, у меня возникло ужасное чувство, что он сейчас снова рассмеется или отпустит еще одну шутку, и я хлопнула ладонью по его самодовольному рту. — Скажи что-нибудь настоящее. Или вообще ничего не говори.

Он дернулся под моим взглядом, и я вдруг поняла, что он больше не ухмыляется. Медленно я опустила руку.

— Я ненавижу, что Красный ураган просто сделал свою работу, а теперь это будет стоить ему жизни. Я ненавижу чувствовать себя бессильным и не мочь это остановить. Мне хочется что-нибудь ударить, — он отступил, скрестил руки на широкой груди и уставился на меня. — Так достаточно по-настоящему?

Я наклонила голову, разглядывая его.

— Поэтому ты и полез драться с братьями? Из-за лошади?

Он отвернулся, будто вид за кухонным окном волновал его больше нашего разговора. Его кадык дернулся, когда он сглотнул.

— Не только из-за лошади. Меня сейчас многое злит. А вообще, если мои братья не хотят, чтобы их били, им не стоит вести себя как мудаки.

Когда он снова посмотрел на меня, ухмылка вернулась.

На этот раз я позволила ей остаться.

— Ладно. Тогда давай спасать твою лошадь.

Он покачал головой.

— Если бы все было так просто, я бы уже это сделал. Но к западу от Миссисипи десятки аукционных загонов, и его могли сдать в любой из них. Если только он уже не в Канаде или Мексике.

Я уже держала в руке телефон с открытой перепиской с Джеремайей.

— Мой брат отлично умеет находить вещи. Живые или мертвые.

Зак обхватил меня за талию чуть выше бедер, снял со столешницы и поставил на пол.

— Я ценю то, что ты пытаешься для меня сделать, но не питай лишних надежд. Искать лошадь на аукционе — это как искать иголку в стоге сена.

Теперь ухмылялась я.

— Ты просто не знаешь моего брата. Он его найдет.

Хочется верить, что живым. У меня было ощущение, что смерть Красного Урагана ранит Зака сильнее, чем его удары копытами.

— Надеюсь, ты любишь тако, — сказал Тед Хейл, когда Зак повел меня на кухню.

— Обожаю, — ответила я. От запаха у меня уже текли слюнки.

— Отлично. — Его голубые глаза улыбнулись вместе с ним. — Потому что у нас именно они.

В манере Теда говорить самые обычные вещи так, будто это внутренняя шутка только для вас двоих, я вдруг узнала Зака. И внешне он тоже был на него похож — или на то, каким, как мне казалось, Зак станет лет через тридцать пять. Волосы поредели и сильно поседели, в талии он стал чуть плотнее, но по-прежнему был высоким, сухощавым, с легкой мускулатурой, а улыбка оставалась открытой и простой. Мы встречались и раньше, но впервые я увидела его рядом с Заком, и сходство поразило.

— Ничего себе, вы прямо как под копирку с сыновьями, да? — сказала я. — Зак ваша точная копия.

Тед тихо рассмеялся.

— Ты еще Дженни не видела. Все наши парни чем-то похожи на меня, но Зак унаследовал от нее то, что я даже не могу точно назвать.

— Я покажу тебе ее фотографию после ужина, — влез Бен, племянник Зака. — У нас куча снимков. И дяди Зака тоже есть.

— Ханна не захочет смотреть наши фотографии, дружище, — сказал Зак. — Она там никого не знает.

— Я хочу смотреть ваши фотографии, — возразила я. — Очень хочу.

— Да! — выкрикнул Бен с куда большим энтузиазмом, чем я ожидала.

— Бен сейчас перебирает семейные фотоальбомы для проекта по истории, — пояснил Адам. — И теперь он помешался на истории Аспен-Спрингс и золотой лихорадке.

— Правда? — сказала я. — В библиотеке полно материалов. Заглядывай как-нибудь, покажу старые газетные статьи, которые я нашла.

Лицо Бена засветилось. У меня возникло ощущение, что ждать его визита придется недолго.

— Ты разобрался со сливом, Зак? — спросил Тед, когда мы рассаживались за стол.

Я застыла на полпути к стулу и метнула взгляд на Зака. Только не начинай третью мировую, умоляла я его одними глазами.

Но Зак лишь усмехнулся.

— Была небольшая заминка, но я с этим разберусь сразу после ужина.

Похоже, то, из-за чего братья Хейл сцепились всего пару часов назад, больше никого не волновало. Я посмотрела за столом на Джеймса и Эсси, потом на Адама и Бракса, но никто не выглядел встревоженным. Может, у этих троих так всегда. Подрались и забыли.

Может быть.

За ужином Зак был самим собой. Очаровательным, лукавым, всегда готовым к дразнящей улыбке или шутке. Но я уже видела трещины в этом юморе, который он носил как щит. Может, этот дурацкий слив ему и правда больше не был важен. Может, он действительно уже отпустил.

Но…

Каждая лошадь. Каждый заезд.