Когда из меня выжали все до последней капли, я откинулся назад, тяжело дыша, и посмотрел на нее. Она посмотрела на свою грудь — на мою сперму, блестевшую на разгоряченной коже, как жемчужное ожерелье, а потом снова на меня, с озорной улыбкой.

— Теперь мы закончили? — спросила она.

Я рассмеялся.

— Теперь да.

Чертовски наглая ложь.

Я с Ханной еще не закончил. И близко нет.

Я спал как убитый. После долгой дороги, родео и двух оргазмов тело и мозг наконец отключились. По крайней мере, на пару часов. Примерно за час до рассвета я проснулся от ломоты и скованности, Ханна свернулась у меня под боком и все еще крепко спала.

Какое-то время я не шевелился. Просто лежал и подстраивал дыхание под ее.

Я не из тех придурков, у которых есть правила насчет того, чтобы не оставаться с женщиной на ночь после секса. Если ты можешь засунуть в женщину член, то уж точно можешь положить голову на подушку рядом с ее. Это всего лишь несколько часов сна, а не брачный контракт. Да и чаще всего я был слишком пьян или вымотан, чтобы добраться до отеля. Так что я уже просыпался рядом с женщинами.

Но впервые мне не хотелось срочно свалить.

Более того — впервые я проснулся с желанием остаться.

Так что я лежал, дышал и думал.

С учетом того, как ныли мышцы и зудела кожа, долго так лежать я не мог — либо сойду с ума, либо разбужу Ханну дерганьем. Но мне не хотелось, чтобы она проснулась и обнаружила меня исчезнувшим. Прошлая ночь была… другой. Совсем не похожей ни на что из моего опыта. Мысль уйти, не сказав ни слова, казалась неправильной на всех уровнях.

Я как можно тише выскользнул из постели, стараясь не трясти ее и не разбудить. Прошел в гостиную, поднял с пола боксеры и натянул их. Джинсы и футболку надевать не стал. У Ханны дома было тепло, да и я сам всегда быстро разогревался.

Я включил настольную лампу и огляделся. Вчера ночью меня куда больше интересовала Ханна без одежды, чем ее интерьер. Честно говоря, все было примерно так, как я и ожидал. Здесь вполне могла жить моя бабушка, а не двадцатидевятилетняя женщина. Вышитые декоративные подушки лежали на каждом диване и даже на полу. И, судя по всему, встроенного книжного шкафа во всю стену было недостаточно — книги стопками лежали на тумбочках и на всех возможных поверхностях.

Делать было нечего, и я подошел к полкам изучить ассортимент. Порядка не было никакого, что выглядело любопытным выбором для библиотекаря. Я заметил ту книгу, которую начал читать на днях в библиотеке, — про невесту по переписке, случайно застрелившую мужа на Диком Западе. Чертовски смешно. Я никогда особо не читал, но тогда забрал ее домой, решив, что будет чем заняться при бессоннице.

Я поискал что-нибудь еще. Пару биографий, какие-то детективы или триллеры, но в основном — любовные романы.

Роман с герцогом. Герцог в сияющих доспехах. Порочная жена герцога. Габриэла и Его Светлость — стоп, это про священника? Затейливо.

Я перевернул книгу и прочитал аннотацию. Нет, все-таки герцог.

Черт. У Ханны явно слабость к герцогам. Все, что я знал о герцогах, было из сериала Бриджертоны, но можно было с уверенностью сказать — богатые, суровые и чопорные. Полная противоположность грязному и грубому наезднику на необъезженных лошадях. Я не до конца понимал, как к этому относиться.

Но одну из этих чертовых книг про герцогов я все равно взял. Просто посмотреть, в чем там дело.

Что-то мягкое защекотало щиколотку. Я посмотрел вниз, Иви вилась пушистым телом между моих ног. Она жалобно мяукнула, и я подхватил ее на руки.

— Если ты рассчитываешь на завтрак, милая, то плохие новости, я понятия не имею, чем тебя кормить. Но почитать со мной ты можешь.

Мы растянулись вдоль дивана, чтобы я мог вытянуть ноги. Я подложил под голову одну из вышитых подушек и тут же замер. Розы, лилии и фиалки сплетались в узор, складываясь в слова: «о, черт возьми». Я не припоминал, чтобы Ханна когда-нибудь ругалась, но без труда представил, как она произносит именно эту фразу — сухо, с усталой иронией, поправляя очки на переносице.

Я расхохотался.

— Твоя мама та еще штучка, да? — пробормотал я Иви.

Снаружи — строгая и правильная. А внутри? Чертовски смешная. Немного непристойная — в самом лучшем смысле. И добрая. Она мне нравилась. Очень нравилась.

Иви не ответила, она была слишком занята тем, что месила мне живот лапами. Вернее, пыталась. Мой пресс не слишком поддавался. В итоге, с выражением глубочайшего неодобрения, вполне сопоставимым с хозяйкиным, она устроилась у меня на сгибе локтя. Через пару секунд глаза у нее закрылись, и она заурчала, как моторчик.

— Тебя ведь не смущает, что я не герцог, правда, милая? — я погладил ее по голове, и коричневые ушки опустились, давая мне больше места. — Конечно, не смущает. Потому что ты знаешь: ковбои справляются лучше.

8

8 Ханна

Все было в порядке, пока я не вышла в гостиную.