— Давай проясним. Не «все», пока мы оба не кончили. Ты правда кончила, Ханна? — я провел большим пальцем по тыльной стороне ее ладони, затем раздвинул пальцы буквой V по обе стороны от среднего. — Я так не думаю.

Она беспокойно заерзала, потерла бедра друг о друга. Она не кончила. И на этот раз я не позволю ей сделать это без меня.

Я растянулся рядом, вытащил подушку у нее из рук и подложил себе под голову, чтобы смотреть на нее сверху.

— Покажи, — мягко настаивал я.

Я поцеловал ее плечо, затем уткнулся в изгиб ее шеи.

— Я буду таким хорошим мальчиком, Ханна. Не трону. Я просто посмотрю и поучусь.

Ее грудь часто вздымалась. Я чувствовал, как под моими губами двигается ее горло, когда она сглатывает.

— Можно я буду с закрытыми глазами? — прошептала она.

— Делай все, что тебе нужно, чтобы дойти туда.

Она снова сглотнула.

— Может не получиться. Я никогда…

Я накрыл ее руку своей, наши ладони легли вниз, пальцы переплелись, и я провел ее руку по мягкому животу к медово-золотистым волоскам между ног.

— Ты все еще такая мокрая, милая, — пробормотал я.

Она вздрогнула, когда наши пальцы коснулись ее клитора.

— Еще раз. Только раз.

Медленно, очень медленно я убрал свою руку, оставив ее ладонь там, между бедер. И, черт, я хотел, чтобы это была моя рука. Мои пальцы в этой влажной жаре. Чтобы я дарил ей удовольствие. Но я хотел и этого тоже. Хотел смотреть. Может, даже сильнее, чем трогать.

С глубоким вдохом ее рука начала двигаться. Она ввела один палец, затем вынула его и распределила влагу по клитору. Я наклонился ближе, чтобы лучше видеть, как ее тонкие светлые пальцы играют с ее красивой киской.

— Черт, — простонал я. — Ты идеальна. Господи, тебе бы видеть себя, Ханна. Такая мокрая и розовая. Я хочу прикоснуться там ртом. Одного вкуса твоих пальцев мне мало. Он только разжег аппетит. Ты такая сладкая и нежная.

Она всхлипнула, и пальцы задвигались быстрее, жестче.

— Да, — прошипел я сквозь зубы.

У меня снова стоял, хотя я кончил, может, минут десять назад. Я обхватил себя рукой и сжал у основания.

— Вот так, малышка. У тебя отлично получается. Я хочу видеть, как ты кончаешь вот так, даря себе все удовольствие, которого заслуживаешь.

Она вонзила пятки в матрас, бедра дернулись вперед, она втиралась в свою руку. Она вскрикнула и застыла, выгнувшись дугой, на один удар сердца, потом на второй — и обмякла.

Она открыла глаза и повернула голову ко мне. Взгляд был затуманенный.

— Черт, Ханна, — я даже не пытался скрыть благоговение в голосе. — Это было чертовски красиво.

Она смотрела, как я дрочу, взгляд все еще слегка расфокусированный. То, что она смотрела на меня вот так — одновременно удовлетворенная и голодная, — делало мой член таким твердым, что почти было больно. Хватка усилилась, движения стали грубее.

— Ты тоже не выглядишь кончившим, — заметила она.

Обычно мне нужно добрых тридцать минут после оргазма, чтобы снова быть готовым. Но то, как Ханна довела себя до пика, сократило это время вдвое.

— Я близко. Смотри на мой член, Ханна. Смотри, что ты со мной сделала.

Она нащупала за спиной очки, не отрывая взгляда от моего члена, потом кое-как надела их и, черт. Черт. Этого почти хватило, чтобы я кончил прямо тогда. На головке выступила капля предэякулята, и я размазал ее большим пальцем.

Этого было мало. Мне нужно было больше.

Она провела языком по нижней губе, и я простонал. Господи, этот чертов рот. От одного представления на меня вытекло еще.

— Что тебе нужно? — спросила она. Голос был четкий, почти деловой, несмотря на румянец на щеках и груди.

Мне это понравилось. У меня было чувство, что сейчас я мог попросить у нее что угодно, и она просто сделала бы это. В ней не было ни капли жеманства.

— Мне нужно, чтобы было мокро, — простонал я, когда она снова облизнула губы. — Плюнь на него, Ханна.

Она подтолкнула очки на переносице, просто чтобы добить мой самоконтроль, я был уверен, и наклонилась вперед. Я перестал двигать рукой и обхватил основание, будто предлагая.

Но она не плюнула. Вместо этого она лизнула ствол от моей ладони до головки, затем обвела языком головку и втянула меня в рот. Она проглотила меня с такой силой, что у нее впали щеки. Я закатил глаза. Мои бедра дернулись.

Потом она снова втянула меня, а затем медленно выпустила из теплого, влажного рта. Наши взгляды встретились, и она плюнула на головку.

— Черт, милая. — Я размазывал ее слюну по члену резкими, беспощадными движениями. — Я сейчас кончу…

Она даже не моргнула.

— Давай.

Яйца подтянуло, и меня разорвало, я залил ее грудь горячими струями.