«Ка Т ева. — Эта мысль, кажется, удивляет Кэйла почти так же сильно, как и меня. — Это твое полное имя, не так ли?»

Его подтверждение меня очень радует. Кэйл не так уж потерян, как ему кажется.

«Да. Значит, ты все — таки помнишь меня»,

Я чувствую, как его разочарование всплывает на поверхность. Его лицо остается бесстрастным, мрачным и непреклонным. Даже после этого он не приветствует меня. Возможно, по крупицам. Что я буду делать с этой информацией теперь, когда она у меня есть?

Я не готова к такому вопросу. Сначала это шокирует меня, а потом наполняет печалью. Он может и помнит мое имя, но в его глазах ничего не изменилось… и он этого не хочет. Признаюсь, я не знаю. Я надеялась, что он вспомнит, как меня зовут … И тут я останавливаюсь, потому что на что я надеялась? Я надеялась, что к нему мгновенно вернутся воспоминания? Что его разум будет цел? Этого не произойдет. Я сломлена. Он сломлен. Этот странный человеческий мир согнул нас и превратил в новых людей.

Может, у нас и общая кровь, но мы больше не семья. Он не должен быть моей связью с домом, с нашим миром и нашими людьми. Его не интересуют такие вещи.

Разум Кэйла снова соприкасается с моим, почти извиняясь. «Хотя я и не люблю этот мир, здесь у меня есть пара и ребенок. Я обрел новый дом, новую семью. Они для меня все. Даже если бы мне предложили вернуться на Р одину, я бы ни на секунду не оставил их, и я не могу рисковать их безопасностью, пытаясь забрать их с собой. Теперь это мой дом, и я такой, какой я есть».

«Я понимаю».

И я люблю. Правда люблю. Разве я не чувствовала бы то же самое, если бы Гейб смотрел на меня так, как смотрит на него пара Кэйла? Если бы у меня на руках был мой собственный ребенок? Если бы у меня был дом? Я бы тоже не хотела расставаться с этими вещами.

Гейб гладит меня по волосам, язык его тела напряжен. «Что он тебе говорит?» — спрашивает он, его мысли мягко проникают в мои. До сих пор он был молчалив, позволяя мне без помех разговаривать с братом, но теперь его мысли полны защиты и зарождающегося гнева. Он думает, что Кэйл обидел меня, и хочет защитить.

И это заставляет меня тосковать по тому, чего у нас не может быть. Я хочу, чтобы этот заботливый, жесткий человек стал моей парой… но он недостаточно хочет меня.

«Все в порядке», — говорю я Гейбу и вырываюсь из его объятий. Он чувствует себя потерянным, когда я это делаю, но отпускает меня. На мгновение мне становится не по себе от того, что он это делает. Почему он не сопротивляется сильнее, чтобы удержать меня в своих объятиях? Неужели я недостаточно значима? Неужели я не стою того, чтобы за меня бороться? Но я подавляю свои чувства и поворачиваюсь, чтобы еще раз взглянуть на Кэйла и его пару. Он подошел к человеческой женщине и, положив руки ей на плечи, притянул ее к себе. Я замечаю, как его когти цепляются за ее одежду, два из них на одной руке коротко подстрижены. Я замечаю, как она прижимается к нему, держа ребенка на руках. Они вместе, единое целое.

На мгновение я испытываю сильную ревность. Мы с Гейбом не похожи. Мы не единое целое. Он может защищать меня, но мы не являемся единым целым. Почему у нас не может быть этого?

Всплеск радости разбивается о напряженный поток невысказанных мыслей. Это малышка, ее восторг прост и безграничен, когда она протягивает руку и гладит пухлой ладошкой подбородок матери.

Человеческая женщина с любопытством изучает меня. Затем она делает шаг вперед.

«Моя Клаудия спрашивает, не хочешь ли ты подержать Саллаватри. — В мыслях Кэйла звучит предупреждение, но в то же время и извинение. — Я знаю, что я не могу быть той семьей, о которой ты мечтаешь, но, возможно, здесь, со своей второй половинкой, ты сможешь создать новую. Начать все сначала».

У меня перехватывает горло. Я смотрю на прекрасного малыша на руках у его пары, и меня переполняет тоска. Я всегда хотела иметь собственного ребенка, и видеть, что у моего брата есть ребенок, с сильным разумом и гордым именем? Это только усиливает голод в моей душе. «Признаюсь, мне хотелось бы обнять ее».

Женщина приближается, бережно держа на руках ребенка. Я слышу ее нежное воркование, прежде чем м ...

Женщина приближается, бережно держа на руках ребенка. Я слышу ее нежное воркование, прежде чем меня касается запах Саллаватри. Запах пары Кэйла тоже наполняет мои ноздри. В ней смешиваются странные человеческие нотки и более сильный запах Кэйла, дракони. Его укусы на ее шее, и ее кровь полна его огня, и это наполняет меня голодом другого рода.

Мой Гейб не покрыт моим запахом. На самом деле, мы не были вместе уже несколько дней, и аромат нашей связи с каждым днем становится все слабее. Это причиняет мне боль, но я не знаю, как быть достаточно человечной, чтобы угодить ему, и я слишком дракони, чтобы пытаться.