По мыслям Тевы пробегает рябь, и я замираю, ожидая, что она обратится ко мне. Раздается еще одна рябь, почти как смех. Как будто идет разговор, в который я не посвящен.

И хотя я не могу слышать мыслей Тевы, я все равно чувствую некоторые ее эмоции. Ее охватывает волна неуверенности.

Затем она говорит.

«Да. Я направляюсь туда».

— Тева? Куда? — спрашиваю я, и она удивленно смотрит на меня. — Куда?

«Что?»

— Ты сказала, что направляешься туда, — медленно повторяю я. — О чем ты говорила?

«О, ни о чем».

— Ты разговариваешь с другим драконами? — Я осматриваю горизонт в поисках крыльев. — Или с Лиамом? С ребенком?

Ее золотистые глаза на мгновение темнеют. «Нет. Ни с кем из них».

Это меня беспокоит. Я думаю о том, что она сказала раньше, о голосе, который говорит с ней и приказывает ей что — то делать.

— Ты снова слышишь голоса?

Она признает это, слегка наклонив голову. «О гонь внутри меня рад, что мы приезжаем в Форт-Даллас».

Я разочарован, узнав, что она все еще разговаривает с какими-то голосами. Это значит, что ей не становится лучше. Я надеялся, что все эти «боли» в животе исчезнут, как только она некоторое время сохранит человеческий облик, но, похоже, это не так.

— Это… он сказал тебе, что Кэйл — твой брат? — Может быть, это все плод ее воображения. — Поэтому он так рад?

Она признается, что голос ничего не знает о Кэйле. «Это просто воспоминание, которое у меня осталось. Кэйл — это не полное его имя. — Ее улыбка становится мягче, взгляд рассеянным. — Мы были молоды и постоянно ссорились. Это было после того, как у меня появился огонь, но Кэйл был еще слишком мал, чтобы покидать наше семейное гнездышко. В этом возрасте мы оба были вспыльчивы. Я не помню, из — за чего мы поссорились, помню только, что он откусил мне кончик хвоста и улетел. Я была в ярости и полетела за ним. Он летел низко, чтобы отвлечь меня, думая, что я буду осторожна. Вместо этого я решила доказать ему, что могу следовать за ним так же близко».

— И ты это сделала?

Выражение ее лица становится застенчивым. «Да, сделала… а потом врезалась в каменную стену. Повредила крыло. Кэйл нес меня всю дорогу домой без единой жалобы и больше никогда не дразнил. — Ее мысли полны нежности. — Он был хорошим братом. Мне и грустно, и радостно, что он здесь. Грустно, что он пережил те же страдания, что и я, но я счастлива, что у меня есть кто — то, кого я помню. Кто — то, кого я знаю. Семья».

— Семья важна, — соглашаюсь я. Я думаю о своей семье и о том, что никто из них не пережил ни Раскола, ни последующих дней. Я качаю головой, словно пытаюсь избавиться от плохих воспоминаний, потому что месяцы, непосредственно последовавшие за Расколом, определенно не были хорошими. О них лучше не вспоминать.

— И как надолго ты хотела бы навестить их?

«Навестить? — спрашивает она, и в ее тоне слышится неподдельное любопытство. — Почему просто навестить? Здесь моя семья, и поэтому я хочу быть здесь».

Я пристально смотрю на нее. Я, конечно, новичок в Форт-Шривпорте, но я там нужен. У меня там есть друзья. Моя семья после апокалипсиса. Я думаю о Чарли, Лестере и Мэйджоре. Скутер. Я могу пойти и забрать собаку, но для ребят путешествие будет тяжелым испытанием. Они уже старые и все еще не оправились от долгого похода в Форт-Шривпорт несколько месяцев назад. Последнее, чего я хочу, — это тащить их через весь Техас в какое — то небезопасное место.

— У меня есть обязательства дома. Тебе не кажется, что нам стоит это обсудить?

Я чувствую ее боль. Это накрывает ее чувства, как одеяло, защищая меня от ее самых сокровенных мыслей. «Ты уже решил, что другой улей теперь наш дом, не спросив меня. Что, если я не хочу быть там? Что, если я хочу быть здесь?»

Я потираю затылок, чувствуя себя уставшим. Она не ошибается. Я всегда предполагал, что мы просто вернемся в Форт-Шривпорт. Даже если так, я не могу бросить там людей, которые нуждаются во мне.

— Мы… э — э, разберемся с этим. Как — то.

Золотистые глаза Тевы выражают обвинение. «Ты сказал, что не ожидал, что у тебя будет пара. Что все, о чем ты думал, — это вернуть меня к жизни. Что ж, я здесь, и сейчас ты ведешь себя так, будто не хочешь быть со мной. Ты поцеловал меня, а потом отстранился. Ты не отдашь мне свое семя или свое сердце. Тебе не нужна пара. Ты не хочешь делиться огнем. Ты не хочешь меня так сильно, как я хочу тебя, и я не буду причинять себе боль, ожидая большего».