Грифф окинул взглядом мою перекошенную кожанку и блузку, которая была выправлена, измята и сбилась в самых неподходящих местах. По крайней мере, ширинка на джинсах была застегнута, и достоинство не пострадало. Легкая «разминка» — именно та разрядка, которая была мне нужна.

Он ухмыльнулся, подцепил указательным пальцем мой подбородок и притянул для греховно медленного поцелуя.

— Тебе идет этот вид, но... боюсь, ни твое, ни мое начальство не оценит его так сильно, как я.

С неохотой я села и поправила блузку.

— Значит, я... ну, увидимся через пару дней, когда я вернусь. Да?

Он потер лицо ладонями, пытаясь стереть следы усталости.

— Не переживай, я присмотрю за Чарли. — Он подмигнул мне, и я сразу поняла: пока меня не будет, эти двое точно что-нибудь выкинут.

Я закатила глаза и спрыгнула с мешков.

— Ну-ну.

— Береги себя, Рыжая.

Грифф спустился следом и, зацепившись пальцами за шлевки моих джинсов, притянул меня к себе. Его рука снова коснулась моего виска. Он медленно провел большим пальцем по шраму, рассекавшему бровь. Я зажмурилась: от нежности его прикосновения меня снова начало уносить куда-то в транс.

— Крутая ты девчонка.

Пока я окончательно не растаяла в его объятиях, я сжала его предплечье и сделала шаг назад, создавая необходимую дистанцию.

— Будь осторожен там, Нейтан.

Глава 19

Нейтан

Будь осторожен там, Нейтан.

Разумеется, она это сказала. Бекс и понятия не имела, что эти слова ударят по мне, как летящая на полной скорости пуля. Но это не помешало им врезаться в меня и вышибить весь дух из легких.

Она так уютно прижималась к моему боку, когда мы закончили сосаться, словно пара ненасытных подростков. А потом ей, конечно, приспичило выдать ту самую гребаную фразу из пяти слов, которую всегда говорила Ванесса. Говорят же, что карма — сука еще та.

Бекс не было всего полтора дня, а я уже начинал лезть на стенку. Вокруг стояла тишина, и, поскольку доебаться было не до кого, я снова принялся пялиться в этот гребаный плиточный потолок. Мне стоило огромных усилий не думать о том поцелуе.

Охренительном, мать его, сексуальном поцелуе.

Дерьмо. Я понятия не имел, что, черт возьми, будет, когда Бекс вернется. Может, пара дней вразнобой — это даже к лучшему. Будет шанс проветрить голову. Нам не помешала бы какая-нибудь заварушка, чтобы разогнать это затишье, пока я окончательно не свихнулся. Терпеть не могу свободное время. Как истинный трудоголик, я счастлив, только когда занят. Ванесса никогда не говорила об этом прямо, но ее во мне это просто бесило.

— Тебе нужно хобби, брат, — Чарли усмехнулся. — Будешь и дальше так сверлить потолок, он на тебя обвалится.

Он оторвался от сумки, которую разбирал, и окинул меня внимательным взглядом.

— О чем думаешь?

— Ни о чем.

— Серьезно? А то вид у тебя такой, будто ты сейчас на стенку полезешь.

— Слишком тихо, — проворчал я. И это была чистая правда. Сидеть посреди зоны боевых действий и понимать, что ничего не происходит, — это как если родитель понимает, что его мелкий пиздюк где-то притих. Ты спинным мозгом чуешь: рано или поздно все накроется медным тазом.

У меня не было детей, но по собственному опыту помню, как я подвешивал младшего брата, Криса, на перилах нашего старого дома, пока он изображал из себя Человека-паука. Тот период тишины закончился для нас обоих в травмпункте. Сказать, что мы с братьями были активными ребятами, — значит не сказать ничего. Четыре буйных пацана под одной крышей — это готовый рецепт катастрофы. У моей матери было терпение, как у монаха.

Чарли хмыкнул.

— Бекс вернется через пару дней. Снова начнешь ее подкалывать. Сразу полегчает.

Ну да. Если буду над ней издеваться, хоть делом займусь. Но почему от ее отсутствия у меня все внутри завязалось узлом и какого хрена я так по-идиотски рад мысли о ее возвращении? Мне нужно было трахнуться, но дело было не в этом. Самообладания у меня как у монашки в Вегасе. Я жаждал не просто прикосновений. Мне нужны были ее мозги. Меня завораживало то, как она анализирует мир вокруг.

Я усмехнулся, вспомнив, как пугал ее грядущим розыгрышем.

— О, кстати, когда она вернется, подыграй мне. Сделай вид, будто я затеял что-то грандиозное, чтобы ее до смерти напугать, и что ты в деле. Мне просто нужно выиграть время, пока я не придумаю что-то реально стоящее.

— Без проблем, — он ухмыльнулся, защелкнул кейс, вытащил маркер из-за уха и принялся что-то строчить на этикетке.

Если Бекс была напористой и упрямой, то Чарли — полная противоположность. Он никогда не болтал о документалке. Не обсуждал их эфиры или отснятый материал. Мог потрепаться о спорте или политике, но редко лез в дебри или личные темы. Во всяком случае, не со мной и не с парнями.

Было ясно, что они с Бекс — не разлей вода. Они давно работали вместе, но их связь была глубже, чем просто коллегиальная. Чарли не возражал против моих дурацких шуточек над ней, но существовал негласный договор: если я перегну палку, он найдет место в пустыне, выкопает яму, и мое тело не найдут никогда.