— Скорее всего, не сегодня, мамочка. Я буду ворочаться всю ночь и не хочу тебя будить.

— Мне все равно, — прошептала она в мои губы, и я улыбнулся. — Пожалуйста, не заставляй меня спать без тебя сегодня. Мне нужно знать, что ты в порядке, что ты здесь.

Терпеть не могу, когда она из-за меня переживает, но знаю, что просить ее не волноваться бесполезно.

— Хорошо.

— И без глупостей, — предупредила она, умилительно насупившись. Я рассмеялся и потянулся за ее спину, чтобы выключить свет.

— Если ты думаешь, что пара порезов помешает мне трахнуть тебя сегодня, красавица, то ты глубоко заблуждаешься.

— Ксандер…

— Да, мамочка? — пробормотал я, снова привлекая ее к себе. Припав к ее губам, я поцеловал по-настоящему, глубоко.

Она вздохнула и приоткрыла глаза, глядя на меня снизу вверх.

— Это нечестно.

— Что именно нечестно?

— Целуешь меня, чтобы отвлечь.

— Неужели я именно это и делаю? — спросил я, прикусывая ее нижнюю губу. Она застонала, и я улыбнулся.

Так и думал.

Она потянула меня за левую руку через дверь террасы к себе. Честно говоря, ее половина дома на два хозяина на данный момент стала моим жильем куда больше, чем собственное. Я уже несколько недель не спал в своей кровати и, если уж совсем не врать, не очень-то и хотелось. Где бы она ни была, там хотелось быть и мне.

В углу ее спальни горел неяркий ночник, мягко освещая комнату. Она поставила видеоняню на прикроватную тумбочку и повернулась ко мне, протягивая руки.

— У меня есть другая идея, которая потребует от тебя… чуть меньше усилий, — прошептала она, приподнимаясь на цыпочки, чтобы прижаться своими губами к моим.

Ее пальцы заиграли с нижним краем моей футболки, щекоча кожу на животе. Она медленно поднимала ткань, ведя ладонями по каждому сантиметру моего пресса, ребер, груди, пока я не стянул ее через голову и не бросил на пол. У меня перехватило дыхание, когда эти пальцы снова скользнули вниз по животу и забрались под резинку спортивных штанов. Я и так уже был наполовину заведен — от одних только поцелуев с ней у меня крышу сносило, — но от ее нерешительных, дразнящих прикосновений вся кровь в голове тут же бросилась на юг.

Моя левая рука скользнула по ее шее, большой палец лег спереди на горло, и этот тихий стонущий вздох, сорвавшийся с ее губ, едва не свел меня с ума. Она, сука, такая отзывчивая, так мне доверяет. Обожаю смотреть, как она оживает под моими пальцами, под моим ртом.

— И что же ты придумала, мамочка? — выдохнул я, раз за разом сминая ее губы своими.

Ее ладони легли на мои бедра, пальцы залезли под резинку штанов, пока она не уперлась ладонями мне в задницу, а затем потянула брюки вниз. Я не стал надевать трусы, потому что с ними было слишком много херни в одиночку, так что стоило штанам сползти, как мой член вывалился между нами, твердый и тяжелый.

— Я хочу твой член в свой рот, — прошептала она, шевеля губами в такт моим.

Твою мать. Ну и женщина.

— Да? — спросил я, и это единственное слово вырвалось из моего горла глухим рыком. Мои пальцы чуть крепче сжались на ее шее, одновременно приподнимая ее лицо к моему.

Она кивнула, ее серые глаза в полумраке казались влажными и серебряными. Я чувствовал, как под моими пальцами бьется ее пульс.

— Хочешь отсосать мне, Тедди? — она снова кивнула. Бля-я-ядь. — На колени. Покажи, как сильно ты этого хочешь.

Мне казалось, что я готов к зрелищу Тедди, стоящей предо мной на коленях, но к такому подготовиться было невозможно. Господи, эта женщина просто невероятна. Чертовски красивая. Ее золотистые светлые волосы были заколоты крабиком, поэтому я потянулся и снял его, швырнув заколку на пол, и волосы рассыпались по ее плечам. Единственное, что теперь будет их удерживать — это мои собственные руки. Благоговейно проведя пальцами по ее челюсти, я убрал пряди от ее лица.

— Открой рот, — хрипло приказал я, обхватив член кулаком и медленно проведя по нему вверх-вниз. Она облизала губы и сделала то, что я просил, высунув язык. Я хищно ухмыльнулся, глядя на нее сверху вниз. — Жадная девочка. Так сильно хочешь его, да?

Она снова кивнула, и я поднес головку к ее губам. Она открыла рот шире, и я застонал, когда она обхватила губами кончик, проводя языком по головке, а затем мягко убрала мою руку, чтобы заглотить глубже.

— Ох, бля, — вырвалось у меня, и глаза сами собой закрылись, когда кончик моего члена уперся ей в самое горло. Я собрал ее волосы в левую руку, отводя их назад, переплел пальцы и крепко зажал затылок, пока она принимала меня в свой рот. Она была, сука, великолепна. Моя грудь вздымалась от рваного, тяжелого дыхания, и я смотрел на нее, смотрел на эту женщину, от которой сходил с ума.

Мои бедра задвигались сами собой, член скользил в ее рот и обратно. Какое же это было зрелище. Я снова вошел глубоко, и она поперхнулась, но не отстранилась.