Я киваю, снова вспыхнув, обхожу его стороной и выскальзываю из спальни в ванную. К тому времени как я заканчиваю и мою руки, до меня доносится тихое хныканье Би. Я выскакиваю из ванной, чтобы успеть к ней до того, как она разбудит Пенни, но замираю на месте: Ксандер тихо выходит из детской, почти бесшумно прикрывая за собой дверь. Би прижата к его груди. Он улыбается, когда я подхожу ближе, и от этой картины у меня щемит сердце. Черт. Кажется, я попала по-крупному.

— А вот и мама, — мягко шепчет он моей малышке, которая, увидев меня, уже готова зайтись в полноценном плаче.

Я поспешно забираю ее и пытаюсь спустить халат с одного плеча. Ткань застревает на руке, и Ксандер помогает, стягивая рукав вниз, пока одна грудь полностью не обнажается. Я перехватываю Би поудобнее, укладывая на сгиб локтя. Ее крошечный ротик уже ищет сосок, и Ксандер удивляет меня еще больше: он протягивает руку, бережно приподнимает мою грудь и сам направляет сосок к губам Би. Когда дочка наконец присасывается, я облегченно вздыхаю, а он почти благоговейно проводит кончиками пальцев по ее нежной щечке. Выражение чистого, абсолютного обожания на его лице окончательно меня добивает. Я пропала.

— Ты справишься тут без меня, пока я буду на выезде? — тихо спрашивает он, переводя руку к моей голове и заправляя прядь волос за ухо. Я прижимаюсь щекой к его ладони и киваю. — Мне еще никогда в жизни так сильно не хотелось забить на пожарный вызов, Тедди. Ты мне все чертовски усложняешь.

Мое сердце снова падает, и я закрываю глаза, пока он гладит мою щеку большим пальцем. Я не знаю, что между нами происходит. То, как мы собираемся со всем этим справляться, кажется мне чем-то невозможным. Я изо всех сил стараюсь не скатиться в паническую атаку от мысли о его отъезде. Скотти права: просить его бросить то, что делает его счастливым, то, что он любит, только потому, что я трусиха, — это просто нечестно.

— Прости меня, — шепчу я, открывая глаза и встречаясь с ним взглядом.

— Не извиняйся, — бормочет он, наклоняясь, чтобы поцеловать. — Это просто значит, что я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуться сюда как можно скорее. Потому что теперь здесь меня ждешь ты.

— Так, — Пыхтит

Кэл в нескольких шагах от меня, выпрямляясь и опираясь на свой инструмент. — У вас с Тедди все типа серьезно?

Глянув на него из полусогнутого положения, в котором я как раз прорубал нашу полосу, бурчу:

— Мы реально должны обсуждать это прямо сейчас?

Мы находимся в самой гуще леса на горе Дефайанс, неподалеку от южного начала тропы. Парочка неопытных туристов-экстремалов оставила костер без присмотра, и огонь перекинулся на чащу. К нашему счастью, пожар довольно слабый, дня за два должны управиться. Очередная легкая работенка.

Но это не значит, что мне хочется вести подобные разговоры с лучшим другом.

Опп, Калеб, Сэм и еще несколько парней работают дальше по тропе, шагах в пятнадцати от нас. Я кошусь в их сторону, но никто, похоже, не обращает на нас внимания.

— Я просто забочусь о сестре, — отрезает Кэл резким, сухим тоном. — Она не из тех женщин, к которым ты привык...

— Господи, Кэл, — рякаю я, тоже выпрямляясь и опираясь на свой топор. Я в упор смотрю на него. — И к какому же типу женщин я привык?

Кэл поджимает губы. Он сдергивает защитные очки и трет лицо, размазывая копоть и грязь по щекам.

— Я просто к тому, что она не из тех, с кем переспал и забыл.

Я резко хохочу и качаю головой.

— Думаешь, я сам этого не знаю?

— Я просто знаю, как ты ведешь себя с женщинами...

— Ты знаешь, как я вел себя с женщинами, — поправляю я, поворачиваясь обратно к полосе и поднимая топор.

Он фыркает.

— Ты всегда так чертовски громко орал, что не заводишь отношений, кроме перепихонов и интрижек на пару раз. Уж извини, что я дергаюсь, ведь — как понимаю — ты сейчас трахаешь мою сестру. И давай блядь смотреть правде в глаза, Шеф. Она вообще не в твоем вкусе.

Я направляю на него палец, прищурившись за защитными очкам.:

— Очень советую тебе хорошенько подумать, Кэл, прежде чем сказать следующее слово. Твоя сестра красавица.

— Я и не говорил, что нет, — огрызается он, швыряя топор на землю и широко расставляя ноги на каменистой почве. Я вздыхаю. Твою мать, меньше всего мне хочется драться с этим говнюком. Опп перестает копать, выпрямляется и поворачивается к нам. Черт, теперь у нас есть зрители, хотя вряд ли они слышат, о чем речь. — Но ты не можешь делать вид, будто у тебя не было определенного «вкуса» все те годы, что я тебя знаю. И Тедди под него не подходит.

Кровь закипает у меня под кожей. Я снова выпрямляюсь, швыряю свой топор на землю и развожу руки в стороны.